Rambler's Top100
Статьи ИКС № 9 2006
Вера Константиновна ШУЛЬЦЕВА  01 сентября 2006

Георгий Пачиков мечтает стать меценатом

Сенсацией 1997 г. стала продажа за $55 млн российской компании ParaGraph американской Silicon Graphics. Тем завершилась первая фаза деятельности отечественного стартапа, ставшего лидером в разработке технологий трехмерных виртуальных пространств для Интернета и рукописного ввода информации в компьютер. Спустя год Г.А. Пачиков, брат и соратник основателя ParaGraph C.А. Пачикова, выкупил российское отделение компании Parallel Graphics. На новой стезе фокус сместился на разработку виртуальных руководств для сложного оборудования.

Ровесник компьютеров

– Ваше отношение к карьере?

–Я отношусь к поколению, для которого само слово «карьерист» уже негативное. На самом деле, если кто-то реализует свою мечту – это здорово. Мне лично несимпатичны люди, которые говорят, что их цель – заработать миллион. Но если человек хочет создать самую крупную компьютерную компанию в этой стране, как А. Карачинский (и он это сделает!), мне это импонирует.

– А отношение карьеры к вам?

– Судите сами. На меня всегда очень сильное влияние оказывал старший брат. Он рано поступил в физматшколу Новосибирского университета, что заметно отразилось на моей жизни. Это был такой авангард! Я ему очень благодарен.

По характеру мы с ним совершенно разные – он более глубокий человек, у него более логическое мышление. У меня, как говорят, развита другая половина мозга – я мыслю образами. Даже на лекциях в университете рисовал картинки.

Мы ровесники компьютеров, росли вместе с ними, поэтому выбор профессии был предопределен – МГУ, экономическая кибернетика. По распределению попал в вычислительный центр «Газпрома». В 1986 г. академик Е. Велихов, мой брат и наши друзья организовали детский компьютерный клуб, деньги на закупку машин для которого дал Г. Каспаров. Тут все будущие великие программисты на общественных началах «преодолевали безграмотность» вместе с детьми. Вокруг клуба сложилась великолепная команда программистов и преподавателей, которая потом трансформировалась в ParaGraph («параллельная графика»). Среди успешных проектов можно назвать распознавание слитного рукописного текста и Alter Ego (трехмерная графика).

– Вы были востребованы рынком?

– Мы жили за счет инвестиций, потому что Para Graph всегда был убыточной компанией. Это потом она «выстреливает». Ведь все крупные фирмы, которые существуют сейчас, в то время продавали западные продукты и на этом делали деньги. У нас была другая установка. Мы делали софт.

Но наши продукты опережали потребности отечественного рынка. Стали продвигать их на Запад. С проектом по распознаванию слитного рукописного текста вышли на серьезные компании. Первый большой контракт – на $10 млн – в 1993–1994 гг. с Apple. Этих денег хватило на то, чтобы перевести часть людей в Калифорнию. Пять лет в центре Кремниевой долины существовала русскоговорящая фирма. Потом интерес к проекту угас. Перьевой ввод, распознавание – все это пришло рано, у машин не хватало памяти, процессорной мощности…

Зато появился интерес к технологии трехмерной графики. Не к проекту, а именно к технологии. Мы опередили спрос по Alter Ego на 10 лет. Para Graph оказался в пятерке законодателей моды в области виртуальной реальности. Но без денег рывок не получился.

А через год после продажи Para Graph я выкупил московское отделение – под новым названием Parallel Graphics.

Чисто русская черта

– Все, что вы рассказали, вовсе не карьера, а какая-то success story?..

– Так я и говорю, что совсем не бизнесмен, а скорее антрепренер. Не вырастил еще команду. Мечтаю найти достойного генерального директора.

– Это так трудно?

– Мы необычная компания – двигаем технологию, которую сами и создаем. Пять лет рынок удобряли, вскапывали, поливали. Сегодня видим, сколь велик интерес к ней. Технология отточена и готова выйти на рынок. А я хочу довести компанию до хорошей коммерческой окупаемости и заняться другим делом.

– Каким?

– Очень тянет к игрушкам. Наш проект « Робинзон» – визуальный интерпретатор виртуальной жизни – приостановлен из-за недостатка средств. Мы можем сделать очень тонкую работу. Вопрос: зачем, для кого? Это чисто русская черта: делать красиво, даже изящно, но без ориентации на коммерцию.

– Среди сослуживцев ходит байка, что идея виртуальных руководств посетила вас во время ремонта стиральной машины?..

– Не помню когда, но однажды понял, что главная привлекательность «трехмерности» – показывать, что ты сам умеешь делать. Мы создали набор инструментов для конструирования VRML-руководств, и они оказались востребованы. Сфера приложения здесь колоссальная: виртуальные лаборатории, репозиторий – этакая библиотека всероссийского масштаба… Есть творческие проекты, например «Космос» – история развития и освоения Солнечной системы.

– Так вы романтик?

– На мой взгляд, эпоха романтизма кончилась – царит прагматизм. Мир становится такой… не стохастический, регулируемый. Простора для творчества остается все меньше – отдельные островки. Поэтому главная забота государства, я думаю, сделать так, чтобы эти кусочки земли жили. Если бы у меня было много денег, я бы стал меценатом.
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: