Rambler's Top100
 
Статьи
Алексей РОКОТЯН  14 октября 2009

Как нам реорганизовать… телефонию. Трансформация модели рынка

Разумеется, формирование новой модели рынка – нетривиальная задача, которая должна совместно решаться и регулятором, и отраслевым сообществом. Именно совместная работа позволит избежать тех негативных последствий от внедрения недостаточно продуманных решений, о которых шла речь ранее.

Продолжение. Часть первая. Часть вторая. Часть третья.
В настоящей работе автор, не претендуя на разработку полноценной модели, хотел бы высказать некоторые концептуальные соображения, которые могут пригодиться при формировании будущего рынка голосовых услуг. И начать при этом целесообразно с «расшивки» перекосов в экономике подотрасли. Именно их наличие с одной стороны провоцирует на принятие не слишком регуляторных удачных решений, а с другой – ограничивает возможности в развитии справедливой конкуренции и создает препятствия для развития отрасли в целом. Начинать реформы имеет смысл именно с этого ключевого момента.

Подходы к регулированию тарифов


Можно с достаточно высокой степенью уверенности предположить, что в перспективе удельный вес платежей за телефонные услуги в фиксированной связи с точки зрения прибыли операторов должен переместиться с услуг дальней связи на местные соединения. Выше речь об этом тоже уже шла. Для этого потребуется сделать психологически непростой шаг и отказаться от регулирования тарифов на фиксированную телефонию для абонентов в сегодняшнем виде.

Следует также учитывать, что удельный вес дальнего телефонного трафика по сравнению с объемом местных соединений весьма невелик. Поэтому для получения приемлемой прибыли на сравнительно небольшом объеме услуг сегодня приходится поддерживать, в том числе и искусственно, весьма высокий уровень цен на дальнюю телефонию. Неоправданно высокий. Небольшое, не столь критичное для пользователей увеличение стоимости соединений местной фиксированной связи позволит при сохранении среднеотраслевой нормы прибыли существенно сократить цены на дальнюю связь. Но, что самое важное, ребалансировка тарифов позволит устранить те перекосы в экономике отрасли, которые затрудняют взаимоотношения операторских компаний, дают неверные ориентиры инвесторам и служат препятствием эффективному развитию.

К примеру, многие инвесторы, вдохновленные искусственно завышенным уровнем междугородных тарифов, сейчас возлагают совершенно неоправданные надежды на рынок междугородной телефонной связи, тогда как гораздо более перспективен, стабилен, хотя и более капиталоемок бизнес, связанный с развитием локальных широкополосных сетей. А на уровне магистрали реальную пользу и долговременную отдачу могут дать не вложения в коммутацию, чего требуют сегодняшние нормативные документы, а в магистральные волоконно-оптические сети, которых, действительно, пока не хватает.

При этом, по мнению автора, для потребителей предлагаемые изменения подходов к регулированию пользовательских цен в фиксированной телефонии не будут принципиальными – они же платят гораздо (в разы!) большие деньги за минуту соединения в сетях мобильной связи… Кроме того, как показывают исследования, проведенные еще в конце 90-х годов, действительно нуждающиеся люди, будучи социально менее активными, отнюдь не являются лидерами по создаваемой нагрузке и наговаривают, как правило, существенно менее среднесетевого объема. Автор убежден, что в сегодняшней ситуации с регулированием цен на фиксированную телефонию доминирует не столько реальная забота о малоимущих, сколько популизм. Беда в том, что перешагнуть через привычный порог, выстроенный из слов про заботу о страждущих, весьма непросто. Но необходимо, если мы хотим действительно решать насущные проблемы, в том числе и проблему «цифрового неравенства» между столицами, городами-миллионниками с одной стороны и глубинкой с другой…

Поскольку тенденция замещения фиксированной связи мобильной уже начала просматриваться и в нашей стране, конкуренция не только станет естественным сдерживающим фактором, препятствующим неоправданному росту тарифов на фиксированную телефонную связь, но и будет стимулировать традиционных операторов к повышению эффективности своего бизнеса. Пока же этот стимул в значительной мере «замазан» внешним регулированием тарифов.

Универсальные услуги


Следует также еще раз вернуться к использованию средств, собираемых в фонд универсальной услуги (УУ). Автор не разделяет мнение некоторых коллег, считающих этот механизм ненужным и неэффективным в принципе. Не сосредотачиваясь на анализе сегодняшнего использования фонда УУ, хочется предложить иную идею его применения, которая, как представляется, позволит на деле, а не на словах, решать действительно насущные задачи телекоммуникационной отрасли.

Таких задач, как уже отмечалось, две – организация местной телефонной связи в сельской местности и междугородной связи (включая внутризоновую) в удаленных и труднодоступных районах. Обе эти ситуации характерны тем, что затраты на предоставление услуги выше среднеотраслевого уровня, а требовать от пользователей, проживающих в этих местностях, соответственного повышения их расходов несправедливо с социальной точки зрения. При этом хотелось бы, чтобы механизм УУ без чрезмерного насилия и эффективно стимулировал операторов связи работать в указанных местностях.

Как вариант, обеспечивающий решение задачи эффективного развития телекоммуникационного бизнеса в сельской местности и удаленных районах при одновременном сохранении умеренных цен на услуги, предлагается обсудить следующий механизм.

Предположим, что государство считает гарантированным всем желающим минимумом телекоммуникационного сервиса услуги фиксированной телефонной связи.

Оператор связи, выполняющий социальные задачи, указанные выше, за каждую услугу, оказанную в сельских поселениях (стоит ли относить к ним элитные коттеджные поселки – это другой вопрос) и в удаленных районах по среднеотраслевым тарифам получает от фонда УУ доплату, позволяющую при среднеотраслевом уровне расходов на данную услугу получить среднеотраслевой объем прибыли на единицу услуги. Естественно, факт и объем оказанных услуг должен подтверждаться как данными биллинга, поступлением средств на расчетный счет оператора, так и проверками надзорных органов.

Предложенный механизм мог бы действовать, например, следующим способом. Предположим, что на региональном уровне средний размер оплаты за услугу местной связи в городе составляет 25 коп. за минуту, при этом себестоимость равна 20 коп., а прибыль – 5 коп. Также предположим, что средняя себестоимость минуты в сельской местности – 60 коп. Тогда, при одинаковом размере тарифа для города и для села (в нашем примере 25 коп./мин.) размер доплаты из фонда УУ за минуту местного соединения, предоставленного абоненту-сельчанину составит 40 коп., что обеспечит оператору со средней эффективностью тот же объем прибыли от сервиса (5 коп./мин.), что и в городе. Если путем оптимизации процессов эксплуатации и модернизации сетей оператор обеспечит себестоимость услуг на селе, к примеру, 45 коп./мин. вместо шестидесяти, то дополнительные 15 коп. прибыли за каждую пропущенную минуту трафика могут быть весомым стимулом в проведении этих мероприятий.

Если же оператор оказывает услуг на селе, к примеру, не по цене 25 коп. за минуту, как в городе, а за 40 коп., то размер возмещения для него соответственно составит 25 копеек, при этом средняя прибыль будет той же – 5 коп.

Кроме того, целесообразно предусмотреть в нормативных документах обязанность оператора связи, претендующего на получение средств из фонда УУ, устанавливать терминалы и оказывать услуги в сельской местности по заявкам граждан и организаций в регионе, где он работает, вне зависимости от имеющейся в настоящий момент технической возможности и в установленные законом сроки. Поскольку в целом оказание универсальных услуг остается прибыльным, то можно не бояться, что от такого сервиса откажутся все без исключения операторы региона. По крайней мере, уже действующие в сельской местности операторы связи в такой модели имеют стабильный источник прибыли, чем ни один разумный менеджер не пренебрежет.

Такой же механизм должен действовать и для платы за предоставление доступа к сети, и для междугородной связи в удаленных регионах. Необходимо добавить, что факт возмещения, выплачиваемого фондом УУ операторам за каждый установленный в деревне телефон и за каждую минуту разговора с него – ясный и недвусмысленный сигнал государства операторам о необходимости работать в тех или иных местах. Но сигнал – рыночный.

Такой механизм позволяет:
  • обеспечить социальную справедливость – одинаковый уровень цен на одинаковые услуги;
  • выровнять для операторов экономические условия оказания услуг в «удобных» и «неудобных» для построения сетей связи районах;
  • создать для операторов связи естественные экономические стимулы как развивать сети связи в «неудобных» регионах, так и сокращать издержки на эксплуатацию этих сетей, внедрять новые услуги, выходящие за пределы гарантированного минимума сервиса;
  • повысить реальную эффективность использования средств, аккумулируемых в фонде УУ.

При этом существенно упрощается администрирование работы фонда УУ. Во-первых, не требуется проводить конкурсы на оказание универсальных услуг, поскольку любой оператор, работающий в тех местах, для которых оказание минимального набора сервиса поддерживается фондом УУ, представив подтверждение оказания определенного объема услуг, имеет право получить возмещение в установленном объеме.

Во-вторых, от оператора не требуется каждый раз подтверждать свои затраты, а органу, ответственному за фонд, их анализировать для каждого конкретного случая. Вполне достаточно раз в 2…3 года анализировать рыночную ситуацию и определять средние цены и затраты. Далее размер возмещения рассчитывается по предельно простой формуле.

Самый большой плюс от такого механизма поддержки оказания УУ, по мнению автора, – это естественные экономические стимулы для операторов добровольно оказывать универсальные услуги, а также, используя те же сети, предлагать в сельской местности и удаленных районах гораздо большее разнообразие сервисов – это позволяет повысить эффективность использования построенной инфраструктуры. Т.е. установка телефона на удаленном хуторе по такому механизму стимулирует оператора предоставить через построенный участок сети не только собственно телефонные услуги, но и как минимум доступ в интернет – дополнительные затраты минимальны, а доход с абонентской линии можно по меньшей мере удвоить.

Изменение модели взаиморасчетов

Как уже упоминалось выше, в перспективе представляется целесообразным отказаться от регулирования цен на телефонные услуги для конечных пользователей, перейдя на регулирование межоператорских цен по методу предельного ценообразования. Хотелось бы этот момент рассмотреть чуть подробнее.

Характерной особенностью концепции NGN/IMS является отсутствие внутренней иерархии в сети связи, аналогичной классическим телефонным сетям. То есть в перспективной сети привычное деление местная сеть – зоновая – междугородная уже не будет иметь место. Граница, хотя и условная, но технически оправданная, проходит по стыку сетей доступа и транспортных, все остальное определяется технико-экономическими соображениями конкретного оператора связи (рис. 2). Из этого вытекает, что, поскольку транспортная сеть того или иного оператора с внешней стороны является «черным ящиком», «облаком», осуществляющим пропуск трафика, то существующая система расчетов за местный, внутризоновый и междугородный трафик в сегодняшнем виде не соответствует ни технической, ни экономической составляющей построения сетей связи. Количество вариантов расчета за трафик должно сокращаться.


Рис. 2. Сеть доступа и транспортная сеть

В то же время, переходить к единой расчетной таксе за пропуск голосового трафика через сеть оператора связи, вне зависимости от протяженности соединения, тоже представляется не совсем верным. Все-таки, масштабы страны, существенно разные географические условия не могут не влиять на расчеты.

Поэтому в перспективе представляется целесообразным иметь две основные градации межоператорских цен на пропуск голосового трафика: региональный и дальний (межрегиональный).

Для многих регионов оправданна единая цена на пропуск замыкающегося внутри субъекта РФ трафика. В отдельных случаях, когда в силу географических причин строительство сетей в регионе затруднено (протяженность региона свыше, например, 500 км, труднодоступные районы) внутри субъекта могут устанавливаться повышенные цены на пропуск трафика в такие удаленные и труднодоступные районы, но не более двух дополнительных градаций.

При этом, поскольку в архитектуре NGN/IMS нет принципиальной разницы между сетями фиксированной и мобильной связи, то и подходы к регулированию межоператорских тарифов в указанных сетях должны быть общими, тем более, что для сетей NGN/IMS уже сложно говорить о том, что какой-то оператор воспользовался унаследованной от периода СССР инфраструктурой. Все такие сети связи являются по определению вновь построенными. Общий подход к регулированию межоператорских цен обеспечит справедливость конкуренции инфраструктурных (сетевых) операторов.

Таким образом, в перспективе с учетом того, что в пакетных сетях отсутствует прямая зависимость стоимости передачи единицы трафика от направления и расстояния, с целью обеспечения справедливой конкуренции и умеренного уровня цен на услуги для конечных пользователей, целесообразно, чтобы соответствующий независимый государственный орган устанавливал предельные уровни межоператорских цен на пропуск голосового трафика с гарантированным качеством по следующим категориям:

  • региональный трафик внутри пределов небольшого субъекта РФ или в центральной части региона большой протяженности;
  • региональный трафик в удаленных и труднодоступных районах;
  • межрегиональный трафик между густонаселенными регионами;
  • межрегиональный трафик в удаленных и труднодоступных регионах.


Естественно, указанные предельные цены должны быть обязательными для всех операторов, осуществляющих пропуск указанных видов трафика, вне зависимости от масштаба и того, являются они операторами фиксированной или мобильной связи. Операторы, исходя из соображений собственной прибыли и с учетом конкуренции могут устанавливать цены на пропуск межсетевого трафика ниже указанных предельных цен.

Как представляется, такой принцип является более справедливым и способствующим конкуренции, чем действующий в настоящее время.

Модель рынка

Выше уже критиковалась «горизонтальная» модель рынка телефонных услуг, примененная при либерализации междугородной и международной связи. Как представляется, от этой модели стоит отказаться уже в достаточно близком будущем.

Как автор обосновывал в своем упомянутом «трактате», в перспективе все инфокоммуникационные услуги, включая услуги связи, будут оказываться в рамках бизнес-модели сервис-провайдера. Для оказания услуг связи (в юридическом смысле – т.е. заключения договора) для провайдера совершенно не является необходимым наличие той или иной сети связи – достаточно договора об оптовой покупке услуг у сетевых операторов.

При этом имеется в виду, что основная компетенция сервис-провай­дера маркетинговая, т.е. продажи и обслуживание, тогда как для создания и эксплуатации сетей связи нужны компетенции прежде всего технической направленности. По убеждению автора, технические и маркетинговые компетенции принципиально различны. Объединять ли в рамках одной компании все эти компетенции, или нет – это должно быть выбором прежде всего собственников и менеджмента компании, но никак не требованиями законодательства, как это имеет место сейчас.

Поэтому предлагается проанализировать «вертикальную» модель рынка голосовых услуг, заключающуюся в следующем:

 

  • все услуги телефонии, вне зависимости от протяженности соединения, предоставляются в рамках единого контракта (либо только на телефонные услуги, либо на пакет услуг, включающий телефонию);
  • взаимодействие с абонентом и заключение контракта осуществляет сервис-провайдер, к которому не предъявляется требование наличия той или иной сети связи (рис. 3);

Рис. 3. Перспективная схема договорных отношений

  • чаще всего (но совершенно необязательно, что всегда) этим сервис-провайдером будет оператор местной телекоммуникационной сети, контролирующий подключение абонентского терминала. Те услуги, которые выходят за рамки сети данного оператора/провайдера, покупаются им оптом у соответствующих операторов, имеющих необходимую сетевую инфраструктуру. Если договор с клиентом заключает «чистый» сервис-провайдер, не имеющий своих сетей связи, он покупает у операторов весь комплекс голосовых и иных услуг связи, предлагаемых пользователям в рамках пакетов инфокоммуникационных сервисов, включая и сам доступ к сети;
  • универсальные услуги оказываются по описанной выше модели – прямого субсидирования реально оказанных услуг, относящихся к социальным, с возможностью получения оператором разумной прибыли;
  • сети связи подразделяются на сети доступа и транспортные (см. рис. 2). Сети доступа обеспечивают подключение терминалов абонентов (фиксированных, мобильных), тогда как транспортные обеспечивают организацию тех или иных требуемых абонентом сеансов связи, общую связность сетей и доступ к разнообразным сервисам (включая голосовые). В свою очередь транспортные сети могут быть региональными (в пределах субъекта РФ) или магистральными (охватывающие два и более субъекта);
  • услуги голосовой связи подразделяются на региональные (в пределах субъекта РФ) и дальние (за пределами региона), причем услуги внутри региона могут иметь деление по дальности, но это не обязательно. Понятно, что для небольших по территории регионов европейской части страны вполне оправданной является единая цена на услугу в пределах субъекта, тогда как для таких субъектов, как Якутия, Красноярский край, Приморье может потребоваться даже не одна тарифная зона (на примере Красноярского края – краевой центр и близлежащие районы, более удаленные районы со связью по кабельным линиям, удаленные северные районы, с которыми только спутниковая связь);
  • оператор транспортной сети, осуществляющий пропуск дальнего телефонного трафика, обязан обеспечивать связь по всей стране. Если ресурсов своей сети такому оператору не хватает, то он покупает ресурс у других операторов транспортных сетей. С тем, чтобы исключить создание «полувиртуальных» сетей, ориентированных на работу только в потенциально прибыльных регионах, можно, например, установить предельную разницу в тарифах на соединения, устанавливаемые в разные регионы страны. В этом случае если оператор хочет быть дискаунтером, то он будет обязан быть им на всех направлениях, а не только на отдельных, самых выгодных. Таким способом, вместе с новым механизмом универсальной услуги можно решить проблему неравномерности распределения населения (и доходов) на западе и востоке страны;
  • регулируются государством не цены для пользователей, а предельные цены при взаиморасчетах, причем для всех операторов пропускающих голосовой трафик с гарантированным качеством, а не только «существенных»;
  • любой абонент, не отказавшийся от услуг дальней телефонной связи, имеет возможность выбора оператора, обеспечивающего ему голосовую связь за пределами региона, по способу «предварительный выбор». Для технической реализации этого предлагается использовать базы данных и механизм «черных» и «белых» списков на электронных АТС или станциях, выполняющих функции АМТС. Это позволит уйти от категорий АОН и снять существующие ограничения на количество действующих операторов дальней связи;
  • дальняя телефонная связь по способу «выбор при каждом вызове» предлагается всем без исключения абонентам, имеющим выход на дальнюю связь, как отдельная услуга, доступная путем набора кода доступа к услуге и кода выбранного оператора;
  • оператор региональной сети осуществляет маршрутизацию дальнего трафика на сеть того или иного оператора дальней связи в соответствии с выбором абонента. Ценообразование на дальнюю связь осуществляется по принципу: 
  • цена дальнего соединения = цена местного (регионального) соединения + цена услуги оператора дальней связи
  • сервис-провайдер, заключающий договор с абонентом на базовый пакет услуг, включающий телефонию, может предложить своему абоненту в качестве дополнительной услуги выбор направления на ту или иную сеть дальней связи по критерию минимальной стоимости или максимального качества.

Поскольку эта модель будет действовать в условиях сбалансированной системы тарифообразования и иной модели универсальных услуг, то, как представляется, она будет лишена многих недостатков, характерных для сегодняшней «горизонтальной» модели рынка и, что самое главное, она не будет сдерживать внедрение современных маркетинговых механизмов, характерных для инфокоммуникаций.

Разумеется, все это – еще не законченная новая конструкция рынка голосовых услуг, а только отдельные элементы ее «каркаса». Но начинать обсуждение этих или иных идей, как представляется, уже пора.

Часть пятая. Продолжение  следует...
Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!