Rambler's Top100
Статьи ИКС № 12 2006
Лилия ПАВЛОВА  01 декабря 2006

Жан-Поль Бергманс – человек-оркестр

Выбор первый: техника или музыка?

Жан-Поль Бергманс родился и вырос в Бельгии, в городе Хасселте. Родители – архитектор и учительница (правда, мама не работала, занималась семьей и домом) – переехали в эту фламандскую часть страны из франкоговорящей центральной Бельгии. В семье говорили по-французски, вне дома – по-фламандски. Жан-Поль и его старший брат с детства увлекались техникой и после окончания школы поступили в университет.

Размеренную жизнь семьи нарушило несчастье: в автокатастрофе погиб отец. Жан-Полю было 18 лет, его брату – 20. И так получилось, что возможность оплачивать учебу в университете дала братьям... музыка. В середине 60-х вся Европа жила под впечатлением музыкальных открытий – «Битлз», «Роллинг Стоунз», Клэптон, Джимми Хендрикс... Братья Бергмансы организовали в университете рокгруппу, которая очень скоро стала «почти профессиональной»: по выходным играли в городских клубах, а когда приезжали именитые коллективы из Англии, работали у них «на разогреве».

Учеба и музыка давались одинаково успешно, поэтому пришлось выбирать. Оба брата предпочли «традиционную» профессию инженера. «Жалею ли я о сделанном выборе? – размышляет сегодня Жан-Поль. – Скорее нет. Хотя, пожалуй, есть и сожаления. Но у меня осталась возможность всегда заниматься музыкой. Что я и делаю».

Интересно, что в московский период увлечение музыкой выразилось для Бергманса в новой форме. В 1991–1996 гг., работая в России представителем Digital Equipment, он в своей домашней студии начал исполнять и записывать музыкальные композиции собственного сочинения. Играл на бас-гитаре, переходил к обычной гитаре, к клавишным инструментам, потом – к компьютеру и все это сводил на микшерном пульте... В итоге получалось произведение человека-оркестра. А сейчас, в свой «второй приход» в Россию, Ж.-П. Бергманс организовал из числа сотрудников Sun музыкальный коллектив, который вот уже два года выступает на корпоративных праздниках.

Выбор второй: земля или небо?

Тридцать пять лет назад в пользу «инженерного» выбора Жан-Поля говорила и его давняя мечта стать летчиком. Уже имея базовое образование инженера-механика, он решает поступить в Бельгийскую национальную школу по подготовке пилотов. Прошел медкомиссию, сдал экзамены и был зачислен. Однако при приеме его предупредили, что по зрению он проходит буквально «на пределе», и следовало бы подумать: стоит ли делать ставку на карьеру летчика? И Жан-Поль отказался от своей «небесной» мечты. Решил, что эта страсть должна иметь другое место в его жизни.

Авиамоделирование стало его увлечением на долгие годы, а три года назад ЖанПоль Бергманс начал учиться пилотировать настоящий вертолет. И сегодня у него есть лицензия пилота (которая, к сожалению, не действует на территории России, но каждая поездка в Европу непременно сопровождается для него летной практикой). «Возможно, со временем получу разрешение летать и над Россией, – не теряет надежды г-н Бергманс. – А наш музыкальный коллектив, возможно, скоро выйдет на площадки столичных клубов...».

А профессия продолжала ставить его перед выбором.

Выбор третий: инженер или управленец?

Этот вопрос встал через четыре года работы инженером-конструктором в Digital Equipment, специализировавшейся на выпуске высокотехнологичного оборудования. Когда Жан-Полю предложили управленческую должность в европейской штаб-квартире компании, решение далось ему трудно. «Я долго думал и колебался, потому что это означало отказ от любимого занятия – конструировать, проектировать, – говорит Ж.-П. Бергманс. – Но в итоге все же принял предложение, и в 1983 г. уехал из Бельгии в Женеву». В Digital Equipment Бергманс проработал 20 лет, 5 из них – в России.

Но самое удивительное, на его взгляд, совпадение произошло в истории с Sun Microsystems. Уже по завершении контракта в Москве Digital Equipment поручила Бергмансу разработать регламенты для создания, внедрения и продвижения программных приложений. И именно в это время с ним связался агент по найму – предложил работу в Sun Microsystems. Компании требовался человек, знающий Россию, а Бергмансу нужна была компания, специализирующаяся на программных технологиях. Так в 1996 г. в его жизни произошел важнейший поворот судьбы, причем ЖанПоль до сих пор не уверен, кто кого выбрал: он компанию или компания его?

В Россию Бергманс вернулся в 2004 г. Думал – на несколько недель, оказалось – на годы. И когда минувшим летом он был назначен вице-президентом Sun Microsystems по обширнейшему региону SEE, то «настоятельно попросил» руководство корпорации оставить за ним и «российский участок». Главная причина, признается он, – «мне просто очень нравится жить в России». Вообще, по убеждению Бергманса, Россия – уникальная страна, обладающая как мощными энергоресурсами, так и великолепной инженерной школой. «Любой другой стране или то, или другое приходится импортировать, – замечает Жан-Поль Бергманс. – Западные страны импортируют энергоресурсы, «нефтяные» – «мозги». А России это не нужно. Главная задача – заставить все это эффективно работать».

Обо всем понемногу…

– Десять лет назад вы перешли в новую для себя компанию, три года назад сели за штурвал вертолета, два года назад организовали рок-группу... Любите рисковать?

– В любом деле всегда есть место риску, а порой приходится «ходить по краю». Возьмем, к примеру, «Формулу-1». Пилот, которого ни разу не выносило с трассы на обочину, никогда не победит. Как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Но риск нужно соизмерять, оценивать, предвидеть последствия, словом – держать под контролем. И обязательно подстраховываться.

– Ошибаться приходилось?

– Не ошибается тот, кто ничего не делает. Скажу больше: мне нравятся люди, которые иногда ошибаются. Ведь на ошибках мы учимся больше, чем на удачах. Главное – не повторять ошибок.

– Каких принципов в своей деятельности руководителя придерживаетесь?

– Во-первых, я убежден, что 200 человек гораздо умнее, чем один. Задача руководителя – стимулировать сотрудников на максимальное использование своего интеллекта и опыта для общего дела. Многие полномочия я делегирую и забочусь главным образом о том, чтобы организм большой компании работал без сбоев. В компании у каждого определенная роль, и я внимательно слежу за тем, чтобы границы не нарушались. Но и в рамках своей роли человек должен находить возможности для инициативы, для творчества.

Во-вторых, я не верю, что решать проблемы можно посредством конфликтов. Я слушаю и слышу людей, уважаю чужое мнение. Могу сказать, что чувствую себя вполне комфортно, общаясь с человеком, имеющим по тому или иному вопросу мнение, противоположное моему. И мне не очень важно, выиграю я в споре или нет. Главное, чтобы спор был конструктивным.

– Какие качества цените в людях?

– Честность и еще раз честность. Ее я ценю даже выше профессиональных знаний. Мой сотрудник может прийти ко мне с любой проблемой, даже личной. Но я не люблю, когда люди ведут двойную игру, что-то утаивают или, напротив, передают конфиденциальные сведения. В компании мы абсолютно открыты, но это налагает и определенные обязательства. По сути, это наша корпоративная культура, и она очень близка моей внутренней культуре.

– Приходилось увольнять сотрудников?

– В организации, где 190 сотрудников, непременно найдется человек 10, которые «не тянут», не справляются со своими обязанностями. Любой руководитель вам скажет, что самая трудная и неприятная часть его работы – принятие решения об увольнении сотрудника. И здесь надо добиваться максимальной объективности, не идти на поводу у эмоций. Хотя работа с людьми – это всегда эмоции. Для себя я выработал такой подход: когда встает вопрос «есть ли место этому человеку в компании?», я спрашиваю себя: «принял ли бы я его на работу вчера, зная о нем то, что знаю сегодня?». Подход, на мой взгляд, понятный и эффективный. Правда, его не следует применять в личной жизни.

– Как предпочитаете отдыхать?

– Я люблю уик-энды, а длительный отпуск почти никогда не беру. Может, это неправильно, но как только я несколько дней оказываюсь вне работы, мне начинает казаться, что там может что-то случиться.

– Животных любите?

– Обожаю. Когда прихожу в гости, где есть животные, я больше общаюсь с ними, чем с хозяевами. Даже неприлично, но ничего с собой поделать не могу.

– Вы, как и все бельгийцы, должно быть, полиглот?

– Знаю французский, фламандский, английский языки, изучал латынь и греческий, понимаю итальянский и немецкий. Сейчас «сражаюсь» с русским и на самом деле понимаю больше, чем думают окружающие. По крайней мере, на «Горбушке» с народом общий язык нахожу.

Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: