Rambler's Top100
Статьи ИКС № 04 2011
Лилия ПАВЛОВА  05 апреля 2011

Статус преткновения

Вопрос критериев статуса отечественного производителя телекоммуникационного оборудования впервые поднимался в России в середине 90-х, когда на рынке «зацвели все цветы». В прошлом году волной инновационности и модернизации определение «отечественного» вынесло на пик новых дискуссий и конфликтов. Решение не найдено по сей день.

Драматургия российского производства

 

Завязкой этой истории послужила инициатива Минкомсвязи поддержать отечественного производителя телекоммуникационного оборудования, гарантируя ему рынок при строительстве в России сетей 4G. В ноябре 2009 г. ведомство подготовило проект распоряжения правительства РФ, в котором предлагалось предоставлять преимущественное право на выделение полос радиочастот операторам, заявившим для использования радиоэлектронные средства (РЭС) и высокочастотные устройства (ВЧУ) российского производства. Таковыми были названы РЭС и ВЧУ, «произведенные юридическими лицами независимо от их организационно-правовых форм или форм собственности или физическими лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, созданными и зарегистрированными в соответствии с законодательством РФ, осуществляющими производство, обработку РЭС и ВЧУ на территории РФ при соблюдении следующих условий: соглашениями, заключаемыми между производителями РЭС и ВЧУ и Минпромторгом России, должно быть предусмотрено поэтапное достижение не менее 50%-ного уровня локализации производства РЭС и ВЧУ на территории РФ (доля использования комплектующих российского производства и добавленной стоимости созданной на территории РФ конечной продукции)».

 

Следующий этапный момент – выход в январе 2010 г. перечня поручений Президента РФ, где особое внимание было уделено мерам по стимулированию развития отечественного производства телекоммуникационного оборудования. Затем Распоряжением Правительства РФ от 31.05.2010 № 858 Минкомсвязи было поручено обеспечить внесение в условия конкурса на получение лицензий на оказание услуг связи в сетях мобильного беспроводного доступа в диапазоне 2300–2400 МГц обязательного требования по применению РЭС отечественного производства, а Минпромторгу и Минэкономразвития – разработать и утвердить параметры, в соответствии со значениями которых телекоммуникационному оборудованию, произведенному на территории РФ, может быть присвоен статус телекоммуникационного оборудования российского происхождения; методики определения значений параметров и порядок присвоения статуса телекоммуникационного оборудования российского происхождения. Правительство также поручило Минэкономразвития совместно с Минпромторгом разработать предложения о снижении ставки ввозной таможенной пошлины на комплектующие изделия и технологическое оборудование, не производимые в РФ и необходимые для производства на территории России телекоммуникационного оборудования, с одновременным повышением таможенных пошлин на телекоммуникационное оборудование зарубежного производства, аналоги которого производятся на территории РФ. Минэкономразвития этим же распоряжением обязывалось обеспечить при размещении заказов на поставки товаров для государственных или муниципальных нужд путем проведения конкурса или аукциона (за исключением открытого аукциона в электронной форме) предоставление преференций в отношении цены контракта в размере 15% участникам размещения заказа, заявки на участие которых содержат предложения о поставке телекоммуникационного оборудования российского происхождения.

 

Задолго до сентября 2010 г., когда Минпромторг и Минэкономразвития представили свою версию критериев «отечественности», Минкомсвязи выполнило «свою» часть распоряжения – провело конкурсы и выдало 40 лицензий на развертывание сетей 4G в полосе 2,3–2,4 ГГц только на отечественном оборудовании. Однако строить сети операторы до сих пор не начали – нет критериев, по которым можно определить отечественное оборудование. Дело в том, что предложенный двумя ведомствами проект вызвал мощное сопротивление общественности, и документ, ушедший полгода назад в Минюст на регистрацию, в силу так и не вступил.

 

В финальном варианте проекта не были учтены рекомендации специально созданной при Минпромторге общественной рабочей группы, в которую вошли российские разработчики и ассоциации российских производителей телекоммуникационного оборудования. Конфликт стал явным, когда руководители Международной академии связи, профсоюза работников связи России, Ассоциации производителей электронной аппаратуры и приборов, некоммерческого партнерства «Руссофт», Ассоциации производителей оборудования связи, Ассоциации отечественных производителей и потребителей радиорелейных систем связи составили письмо Председателю Правительства РФ Владимиру Путину, где отмечалось, что пакет документов в версии двух министерств грубейшим образом искажает суть указаний первых лиц государства и прямо направлен на уничтожение перспектив отечественной промышленности. Согласно этим документам, любая зарубежная компания может путем несложных манипуляций получить для своего оборудования статус «оборудование российского происхождения». При этом не прописано никаких реальных механизмов, мотивирующих зарубежных производителей передавать и развивать в России современные технологии.

 

Конфликт подходов

 

В выработке критериев того, что есть российское, две стороны разошлись по ряду принципиальных пунктов. Первый – юридический статус производителя. Подход Минпромторга и Минэкономразвития: заявитель должен быть резидентом РФ (т.е. зарегистрирован на территории РФ). Общественная рабочая группа считает, что помимо этого более 50% акций в конечной структуре собственности организации-заявителя должно принадлежать федеральным, региональным, муниципальным органам РФ или частным лицам – гражданам РФ, постоянно проживающим на территории России и не имеющим двойного гражданства. По мнению РГ, этот пункт, накладывающий ограничения на гражданство мажоритарного акционера, важен по трем причинам. Он определяет: страну, где находится центр принятия решений (маловероятно, что транснациональные компании будут добровольно передавать новейшие технологии в Россию и тем взращивать себе конкурента на мировом рынке); страну локализации прибыли (а кроме того, не позволяет уводить бюджетные средства за рубеж – в Распоряжении Правительства от 31.05.2010 № 858 речь идет о 15%-ной преференции в госзаказах); безопасность страны (телекоммуникации – это стратегическая отрасль, и контроль над передаваемой информацией – исключительно важный аспект безопасности).

 

Второй пункт – права на интеллектуальную собственность. Общественная рабочая группа считает необходимым наличие у производителя прав на ПО, используемое в телекоммуникационном оборудовании, в объеме, достаточном для его производства, дальнейшей модернизации и развития. Два ведомства полагают, что заявитель должен обладать исключительными правами на программы для ЭВМ, используемые в телекоммуникационном оборудовании. По мнению РГ, при таком подходе производитель отечественного оборудования даже не обязан знать содержимое получаемых от материнской компании бинарных файлов ПО, загружаемого в оборудование, и не имеет никакой возможности для его самостоятельного усовершенствования. Поскольку в стоимости оборудования для ШПД доля программного обеспечения превышает 50%, то отечественные производители лишаются перспектив развития и превращаются в сборочные производства с низким уровнем добавленной стоимости и полным контролем рентабельности за счет установления цен на ПО.

 

Третий пункт – конструкторская документация. Подход РГ: производитель должен владеть конструкторской документацией в объеме, достаточном для производства, модернизации и дальнейшего развития продукции; Минпромторг и Минэкономразвития указывают, что заявитель дает номенклатуру телекоммуникационного оборудования в соответствии с ОКП от 1994 г. и перечень обозначений производимого им оборудования в соответствии с ГОСТом 2.201-80 «Единая система конструкторской документации. Обозначение изделий и конструкторских документов» (введен в действие постановлением Госстандарта СССР от 21.03.1980

№ 1274). Реакция РГ: «Предлагается обозначать производимое оборудование в соответствии с ГОСТом 1980 года!!! О каких современных технологиях идет речь и какое оборудование принимается к рассмотрению? Естественно, о приоритетном развитии WiMAX и LTE речь не идет: в 1980 г. этих технологий не существовало. И вообще, как можно выполнить требования этого порядка присвоения статуса, если ЕСКД 80-го года в принципе не предусматривает электронной конструкторской документации, а только бумажные чертежи? Что говорит ЕСКД о программном обеспечении, гербер-файлах, ПО станков с ЧПУ?».

 

Принципиально и отсутствие в проекте упоминания о ШПД как таковом, в то время как РГ выделила в таблице уровня локализации WiMAX/LTE в отдельную строку. Два ведомства считают: «...Вид телекоммуникационного оборудования определяется в соответствии с Общероссийским классификатором продукции ОК 005-93 (утвержден постановлением Госстандарта России от 30.12.1993 № 301)». Оппозиция констатирует: «Стратегическое направление ШПД (WiMAX/LTE), выделенное в списке поручений Президента от 04.01.2010 и Распоряжении Правительства от 31.05.2010 в отдельный пункт, в данном документе закамуфлировано в обобщенном коде вместе с телеграфной аппаратурой, использующей коды Морзе. Собственно классификатор – от 1993 г., когда и сотовой-то связи еще не было. По классификации Минпромторга и Минэкономразвития не существуют не только ШПД и сотовая связь, но и волоконная оптика и Интернет. Использование доисторического классификатора позволило свалить в одну кучу прорывные технологии и откровенное старье, причем аттестация предполагается именно по кодам 1993 г. Таким образом, теперь внутри одного кода классификатора можно, демонстративно локализуя производство старья, автоматически получить статус “российского” и для современного оборудования без реальной локализации».

 

Сама формула локализации также изменена. В рекомендациях РГ она жестко стимулировала к использованию отечественных компонентов:  

где Ул – уровень локализации продукции (%);

 

Сдоб – стоимость единицы продукции, добавленная на территории России;

 

Сполн – полная себестоимость единицы продукции (материальные затраты + амортизация + оплата труда + отчисления в фонды + накладные расходы);

 

Кимп – стоимость импортного сырья, материалов и комплектующих, имеющих отечественные аналоги, и лицензионного продукта;

 

Ке – суммарная стоимость сырья, материалов и комплектующих в стоимости изделия.

 

В версии двух ведомств требование предпочтительного выбора отечественных компонентов размывается «легким движением руки»: в формуле все остается на своих местах, только из Кимп вычитается Котеч (стоимость импортного сырья, материалов и комплектующих, не имеющих отечественных аналогов и использующихся при производстве телекоммуникационного оборудования).

 

Наконец, не сошлись две стороны и на организационных аспектах. Рабочая группа предполагала выезд комиссии на производство и реальную оценку локализации технологических процессов с привлечением представителей науки и промышленности. В проекте Минпромторга и Минэкономразвития механизм проверки представленных материалов и реального контроля производства отсутствует. Не определены также состав и права экспертного совета. По мнению РГ, это обширное поле для коррупции: с одной стороны, в совете не будет людей, настроенных выявить реальное положение дел, с другой – нет права проверить правильность поданных компанией сведений.

 

Принять нельзя исправить

 

Затянувшаяся пауза с определением критериев «отечественности» дает надежду внести в проект коррективы в соответствии с наработками общественной рабочей группы, а в чем-то найти консенсус. В частности, низкий «цифровой барьер» локализации и отсутствие авторских прав на ПО и документацию вполне логичны для аппаратуры массового потребления. Тогда открытые на территории России два крупных корейских завода по производству телевизоров, 100%-ные «дочки» Samsung и LG, с точки зрения Минпромторга являются полноценными российскими компаниями – они действуют по российским законам, организовали тысячи рабочих мест, степень локализации максимально возможная (технологический цикл – от набивания печатных плат до литья корпусов, финишной настройки и изготовления упаковки). По данным Константина Быструшкина, заместителя гендиректора МНИТИ, Samsung в свой завод $150 млн уже инвестировал и готовится инвестировать еще $100 млн. Чтобы достичь 51%-ного порога в структуре собственности, гипотетический российский инвестор должен вложить такие же деньги. Найдется ли таковой? Кроме того, даже в условиях глобализации рынка те же корейские компании ни за что не пойдут на передачу авторских прав на ПО, на документацию. Их стратегия – головная компания является собственником ПО и документации и никогда не делегирует эти права своим локальным предприятиям, открытым в разных странах. Введение требования о передаче прав приведет к тому, что компании просто уйдут с нашего рынка. «Нельзя ко всем подходить с общим аршином, – уверен К. Быструшкин. – Скажем, для производителя массовой продукции должны быть одни критерии, здесь требовать передачи авторских прав означает вытолкнуть компанию с рынка, от чего никому лучше не будет. Другое дело – профессиональное оборудование, где программный продукт, ноу-хау. Надо разделить инфраструктурное оборудование и массовое». Предложение дифференцировать подходы как в рамках разных отраслей, так и в рамках рынков той или иной продукции Наум Мардер, заместитель министра связи и массовых коммуникаций, назвал «единственным тезисом, с которым никто не спорит».

 

Между тем миновал целый год смутного времени. Наиль Исмаилов, президент Союза производителей и потребителей оборудования и средств связи, считает, что противоборствующие стороны должны понять: чем больше вопросов будет внесено в постановление, тем дольше оно будет приниматься. К чему приведет конфликт двух сторон и, во многом, двух ведомств, Минпромторга и Минкомсвязи? С одной стороны, вопрос отечественного телекоммуникационного оборудования – это компетенция Минкомсвязи, потому что именно операторы должны его применять, и они законно хотят знать, что считать отечественным. С другой – правительство решило, что именно Минпромторг должен дать ответ. Усугубляется проблема тем, что в Минпромторге нет сегодня органа, который направлял бы научно-технические разработки, подготовку производства, обеспечивал гарантии рынка.

 

Как заметил на недавнем собрании «Телеком Форума» Калью Кукк, председатель экспертного совета АРПАТ, главный эксперт МНИТИ, вопрос о процентах в локализации мог бы быть решен и позже внесением дополнений в документ, но из-за отсутствия собственно документа работающие на госзаказ отечественные компании лишены возможности получения льгот. «Я очень сожалею, что документ не вышел хотя бы в урезанном виде, может быть, недостаточно отработанном из-за того, что у нас действуют законы столетней давности, которые нельзя перешагнуть, хотя мы живем уже в 21 веке, – комментирует ситуацию К. Кукк. – Мы потеряли уже год, когда могли работать хотя бы по этому документу. Могу сказать, что мы как бы нелегально отрабатываем его, проверяем, насколько локализация ему соответствует. Сегодня у нас в ТВ-передатчиках локализация достигает 60–70%, а на подходе оборудование, которое будет отечественным на 97%. Сегодня мы не можем получить никаких преференций для наших предприятий, которые занимаются выпуском отечественной продукции с высокой степенью локализации. Это очень обидно. Документ годный на 70%, но лучше такой, чем ничего».

 

По словам Н. Мардера, тема «отечественности» – наболевшая и для Минкомсвязи. «Государству приходится сводить разные точки зрения. Пока не получилось, – констатировал замминистра. – Плохо, что не получилось. Но должно получиться».

 

На новый этап разработки критериев определения и порядка присвоения статуса телекоммуникационного оборудования отечественного производства отрасль вышла в начале марта, когда стало известно: Минюст отправил на доработку проект приказа Минпромторга и Минэкономразвития. К этому моменту пришло понимание, что невозможно выработать универсальную методику расчета степени локализации для оборудования всех пяти направлений, признанных приоритетными, – цифрового ТРВ, беспроводных сетей в диапазоне 2,3–2,4 ГГц, цифровых коммутаторов, оборудования DWDM для магистральных сетей и систем спутниковой связи Ka-диапазона. Со своей стороны, новую методику уже разработал «Ростелеком» в партнерстве с пятью ведущими мировыми вендорами оборудования беспроводного ШПД.

Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: