Rambler's Top100
 
Статьи ИКС № 12 2011
Евгения ВОЛЫНКИНА  06 декабря 2011

Саморегулирование или карающий меч?

Попытки государства ввести регулирование разных сторон работы Интернета и деятельности пользователей сети предпринимаются уже давно, и не только у нас в стране. Но далеко не все традиционные офлайновые методы регулирования пригодны в онлайне.

Российские государственные ведомства в стремлении «навести порядок» в сети делали «заходы» с разных сторон, мотивируя свои поползновения то защитой государственных информационных ресурсов, то борьбой с экстремизмом, то охраной авторских прав… Экспертное интернет-сообщество в принципе согласно с тем, что на поведение пользователей в сети должны накладываться определенные ограничения, но настаивает на тщательном учете специфики Интернета и на саморегулировании интернет-отрасли.

Тема законодательных инициатив в Рунете и их последствий вызывала живой интерес участников всех Недель российского Интернета (Russian Internet Week, RIW), которые проводятся с 2008 г.; не стала исключением и последняя, четвертая по счету RIW-2011. Тем более что на этот раз в своем законотворчестве, затрагивающем Интернет, государство выбрало беспроигрышный вариант – обеспечение безопасности детей. Принятый в конце 2010 г. Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» (№436-ФЗ от 29.12.2010 г.), который должен вступить в силу 1 сентября 2012 г., напрямую касается не только печатных СМИ, кино, телевидения и радио, но и провайдеров интернет-сервисов и владельцев очень многих сайтов, в том числе тех, где размещают свой контент сотни и тысячи рядовых пользователей. Именно этот закон был в центре внимания участников круглого стола Минкомсвязи России «Законодательные инициативы/Саморегулирование Рунета».

Предубеждения и реальность

ГЊ. ГџГЄГіГёГҐГў: «Îïòèìàëüíûé ñïîñîá ðåøåíèÿ ïðîáëåì – áîëåå àêòèâíîå èñïîëüçîâàíèå ìåõàíèçìîâ îòðàñëåâîãî ñàìîðåãóëèðîâàíèÿ»Как отметил вице-президент Mail.Ru Михаил Якушев, принятие ФЗ №436 было встречено в интернет-сообществе достаточно негативно, однако после внимательного прочтения стало очевидно, что закон все-таки не предусматривает введения цензуры в Интернете под благовидным предлогом «защиты детей». В Ф3 №436 предлагается механизм классификации и маркирования информационной продукции по возрастному критерию (всего категорий пять – для детей до 6 лет, свыше 6, 12, 16 и 18 лет), но эти классификация и маркировка должны выполняться силами производителя и/или распространителя продукции. Это можно назвать самоцензурой, но отнюдь не цензурой – которая предполагает предварительный контроль информации, размещаемой в СМИ. Правда, в законе есть требование об использовании «административных и организационных мер, технических и аппаратных средств защиты детей» от «вредной информации», но это опять же не подпадает под определение цензуры.

Непосредственных ограничений, касающихся Интернета, в ФЗ №436 нет, а по поводу «технических и аппаратных средств защиты детей» говорится, что они должны применяться только операторами, имеющими лицензию на оказание телематических услуг связи, и только в пунктах коллективного доступа (о том, что делать вне этих пунктов, указаний нет). Однако упомянутые «меры» и «средства» в законе все-таки не конкретизированы, что дает простор для «творчества» сочинителям подзаконных актов из органов исполнительной власти. Правда, по мнению М. Якушева, подзаконные акты для этого закона, которые готовятся сейчас в Минкомсвязи, должны быть достаточно качественными, поскольку для работы над ними привлекаются квалифицированные эксперты из интернет-сообщества (но остальные ведомства в таком либерализме пока не замечены). В частности, в одном из подзаконных актов, который предстоит принять до 1 сентября 2012 г., должны быть описаны правила маркировки сайтов на предмет пригодности их содержимого для детей разных возрастов. Пока непонятно, как будет выглядеть такая маркировка: ведь если сайты в зонах .RU, .SU и .РФ еще можно как-то заставить вывесить сообщения о возрастных ограничениях, то в глобальной сети это будет весьма проблематично.

На полпути

Руководитель группы авторов ФЗ №436 председатель комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Елена Мизулина согласилась, что некоторые формулировки закона необходимо доработать и уточнить, и приветствовала участие в этом общественности в целом и интернет-сообщества в частности. Вместе с тем она подчеркнула, что концепция закона очень проста – самоорганизация и самоцензура, так как производителям и распространителям информационной продукции легче всего оценить ее опасность для детей. И не надо бояться, что они что-то сделают не так. На случай их ошибки – неважно, преднамеренной или нет, – в законе предусмотрен механизм профессиональной экспертизы, которую за свой счет могут заказать уполномоченный орган, производители и распространители информации, а также общественные организации. Причем Минкомсвязи предложило новую для России систему аккредитации: каждый специалист или учреждение, считающие себя экспертами в этом детском вопросе, могут подать соответствующие документы на получение экспертного статуса, а при выборе эксперта для каждого конкретного дела будет использоваться генератор случайных чисел, как это происходит во многих странах мира. Таким образом предполагается избежать монополизма в экспертизе и его пагубных последствий. Если экспертное учреждение признало несоответствие информационной продукции требованиям нового закона, то уполномоченный правительством РФ орган выносит предписание о самостоятельном устранении выявленного нарушения распространителем продукции, а если последний не согласен, то дело будет решаться в суде. В общем, все пока выглядит довольно либерально. Но конкретные последствия этого закона для российского Интернета станут ясны только после издания подзаконных актов, которые должны четко определить статус уполномоченного органа по защите детей от «вредной информации», прояснить вопросы финансирования экспертизы информационной продукции и разрешить многие другие проблемы. Так что во избежание неприятных сюрпризов в разработке подзаконных актов должны по идее принимать участие эксперты российского интернет-сообщества. Например, М. Якушев полагает, что нормы, касающиеся интернет-технологий, следует либо вывести за пределы действия закона, как это сделано для прямого телеэфира и радиовещания, либо включить их в отдельную главу.

По чужим граблям

Вообще говоря, попытки принятия законов, призванных оградить детей от неподобающей для их возраста информации, предпринимались уже в целом ряде стран мира, и далеко не всегда они выдерживали испытание реальностью при применении к Интернету. Например, как рассказала заместитель директора по взаимодействию с органами государственной власти Google Russia Ксения Карякина, в 2008 г. в Италии и Великобритании были предложены законопроекты, требующие возрастной маркировки интернет-сайтов (возможно, именно это ожидает и нас), но после проведения соответствующих исследований от этой идеи отказались – из-за сложности ее реализации и неэффективности. В 2010 г. в Великобритании было предложено использовать контентные фильтры на оборудовании провайдеров, но местный регулятор телекоммуникационной отрасли Ofcom, проанализировав перспективы этого проекта, опять же признал его неэффективность. В Польше возможность введения контентной фильтрации обсуждают с 2006 г., но там эта инициатива блокируется – как попытка нарушения права доступа к информации – некоммерческими организациями, специализирующимися на защите прав детей.

Зато эффективно, на взгляд европейских законодателей, работает практика саморегулирования. В 2009 г. страны Евросоюза приняли декларацию принципов саморегулирования для обеспечения безопасности в Интернете, которую поддержали многие компании, работающие в Сети, в том числе Google, Microsoft, Yahoo, Facebook, MySpace, Vodafone. В этой декларации изложено всего семь простых принципов саморегулирования:

1. Повышать осведомленность участников воспитательного процесса о принципах и настройках безопасности в Интернете, прививать родителям и учителям интернет-грамотность, чтобы они владели достаточной информацией для передачи этих навыков и правил детям.

2. Стремиться к тому, чтобы интернет-продукты соответствовали потребностям и учитывали возрастную специфику пользователей, согласно «правилам использования» и «пользовательскому соглашению», разрабатываемым специально для каждого продукта.

3. Предоставлять пользователям технологии безопасности в Интернете.

4. Обеспечивать пользователям простые механизмы уведомления о незаконном контенте или о контенте, нарушающем «правила сообщества», разработанные для этого продукта.

5. Реагировать на жалобы и уведомления пользователей.

6. Предлагать пользователям инструменты для обеспечения безопасности персональных данных в Интернете.

7. Оценивать и модернизировать средства и инструменты для выявления нелегального или запрещенного контента.

Например, в поисковом сервисе Google есть настраиваемые фильтры безопасного поиска, причем компания признает, что ни один фильтр не дает 100%-ного результата, поэтому на случай попадания в результаты поиска неприемлемого для детей контента предусмотрены специальные кнопки «жалоб», после чего с проблемой будут разбираться специальные сотрудники. Простые правила и технологии, минимизирующие количество неподобающего видео, размещаемого пользователями, есть у YouTube. Но чтобы все это работало, нужны также определенные усилия со стороны пользователей и родителей детей.

В общем, успешные практики есть, их надо использовать и развивать. И не надо думать, что российские интернет-компании менее ответственно относятся к тому, что находится на их ресурсах. Они готовы к активному диалогу с законодателями, регулятором и родителями, чтобы получился действительно работающий закон и чтобы у детей была адекватная защита.

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!