Rambler's Top100
 
Статьи ИКС № 05 2012
Лилия ПАВЛОВА  08 мая 2012

Максим ТИМОФЕЕВ. Личное дело связиста-международника

Профессиональных переговорщиков международного уровня готовят в дипломатических вузах. А порой подготовка начинается «с младых ногтей» – как это произошло с Максимом ТИМОФЕЕВЫМ.

Максим Валерьевич ТИМОФЕЕВ. директор по международному сотрудничеству и работе с государственными органами ЗАО «Синтерра» («МегаФон»)

Д о с ь е   « И К С »  

Максим Валерьевич Тимофеев родился 15 июня 1973 г. в Москве. В 1995 г. окончил МТУСИ по специальности «радиосвязь, радиовещание и телевидение».

С 1995 г. – инженер в Главном управлении Госсвязьнадзора РФ.

В 1998 г. окончил Всероссийскую академию внешней торговли по специальности «экономист-междуна-родник со знанием иностранного языка». В 1999 г. – главный специалист в Управлении частотного ресурса Государственного комитета по телекоммуникациям РФ, в 2000–2008 гг. работал в Департаменте международного сотрудничества Минсвязи России (затем – Мининформсвязи России), где прошел путь от заместителя начальника Управления международного сотрудничества до заместителя директора департамента. С августа 2008 г. – директор по международному сотрудничеству и работе с государственными органами ЗАО «Синтерра» («МегаФон»).

Фамильная работа

В профессию Максим Тимофеев входил шаг в шаг за отцом: сначала институт связи, потом академия внешней торговли. Причем в академии отец и сын защищались у одного и того же преподавателя, только с интервалом в четверть века. А школьные годы Максима прошли в Женеве, где отец состоял на дипломатической службе в МСЭ.

– В 82-м году мы всей семьей туда уехали и прожили шесть лет, – рассказывает М. Тимофеев. – Сейчас я понимаю, что многие необходимые для работы качества отец прививал мне буквально с рождения. Главное – установка на достижение поставленной цели. Но и такие, казалось бы, мелочи, как выбор костюма или галстука, заложены почти на генном уровне. Папа не может пойти на работу, например, в джинсах, для него это табу. Я такой же, один в один.

– Не могу удержаться от вопроса: директор Бюро радиосвязи МСЭ Валерий Викторович Тимофеев кем вам приходится?

– Это интересный момент: в 80-е мой отец Тимофеев Валерий Павлович работал в МСЭ в Женеве, а затем возглавлял офис МСЭ, который открыли в Москве. Валерий Викторович Тимофеев возглавляет сейчас Бюро радиосвязи МСЭ, и в выборной кампании по его выдвижению на этот пост я в свое время принимал активное участие как заместитель директора департамента международного сотрудничества Мининформсвязи. В министерстве абсолютно все считали (а многие и по сей день уверены), что он мой отец, порой случались курьезы и путаница. На самом деле в отрасли три Тимофеева-международника, и их работа связана с МСЭ.

На отцовской лыжне – В вашем кабинете фотография сына (очень похож). Готовите продолжение династии?

– У меня два сына, 14-ти и трех лет. У старшего явно сформировалась тяга к техническим дисциплинам, к физике. Я бы хотел, чтобы он пошел по моим стопам в МТУСИ. Конечно, хочу, чтобы у него тоже было два высших образования. По крайней мере, английский язык он уже знает блестяще, а теперь по собственному решению учит и немецкий.

Родина, вторая и первая

Самым любимым местом на планете Максим Тимофеев, не задумываясь, называет Женеву:

– Может, это ностальгия по детству, но бывая в Женеве подолгу в служебных командировках, я всегда чувствую себя там удивительно комфортно. Дом, где мы жили, – вроде как родной. Зимой в субботу-воскресенье обязательно всей семьей выбирались в горы, катались на горных лыжах. Мама, не имея там возможности работать по специальности (она врач-гинеколог), начала посещать организованные при миссии кулинарные курсы, где давали мастер-классы повара из разных стран. И стала выдающимся кулинаром. Экспериментировала на нас с папой, к нашей великой радости. У меня были друзья «из местных», и естественным образом, общаясь с ними, я выучил французский как родной. Английский освоил уже позже, в академии внешней торговли.

В женевском детстве со мной случилась история, которая запомнилась на всю жизнь. Среди мальчишек было поветрие – все собирали карточки машин, они очень ценились, особенно редкие. Покупались как лотерея – изображение можно было увидеть, только распечатав упаковку. Одной такой карточки не было ни у кого, а я взял и заявил, что у меня она есть. Обманул. Ребята потребовали показать – или они будут считать меня страшным обманщиком. Что делать? В расстроенных чувствах я поплелся в магазин попытать счастья. Иду – и вижу: на тротуаре лежит эта самая карточка, именно с этой машиной, прямо под ногами, одна-одинешенька. Что это – мистика, фантастика? В любом случае, обманывать после этого на всю жизнь расхотелось, второй раз такого не происходит…

– А переехать в Женеву не планируете?

– Раньше у меня был такой жизненный план, до безобразия простой: институт, академия, работа в МСЭ. Купить там дом, вжиться. Но в какой-то момент, когда работал в министерстве, планы поменялись. Потому что здесь постоянно происходит что-то интересное, здесь драйв. Даже передряги лучше скучной жизни, в которой никаких движений не происходит. На самом деле, только преодолев препятствия, чувствуешь удовлетворение. И я решил остаться здесь – достичь каких-то других целей в жизни. Более высоких, может быть. Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. А я с пеленок солдатом не был – как говорят родители, уже тогда всех в доме «строил». Потом вырос и в 27 лет стал заместителем директора департамента международного сотрудничества министерства. Останавливаться не хочется.

– Вы 10 лет проработали в министерстве, теперь почти пять лет – в «Синтерре» («МегаФоне»). Как считаете, ваша карьера сейчас на подъеме?

– Могу со всей ответственностью заявить: на подъеме. Есть силы и, что немаловажно, опыт, приобретенный как на госслужбе, так и в бизнесе. И если применить этот «бэкграунд», можно достичь высоких результатов. Пока мой профессиональный ресурс использован процентов на 40. Не хочу загадывать, что сейчас произойдет в нашей отрасли с реформами, но на месте стоять точно не буду.

Секреты тонкого искусства

Максиму Тимофееву посчастливилось начать вхождение в профессию еще до получения базового образования, впитав-переняв опыт отца. Но искусство переговоров требует постоянной шлифовки. Учителями в «министерский период» стали Л.Д. Рейман, Ю.Г. Гринь, В.А. Слизень, теперь К.Ю. Солодухин. А также… китайцы, с которыми работал в межправительственных комиссиях по подготовке встреч высокого уровня. «Китайцы – идеальные переговорщики, тонкие психологи и аналитики. Каждый «выстрел» у них – в «десятку», – признает М. Тимофеев. – Вообще, мне нравится Китай – культурой, менталитетом. У них есть чему поучиться».

Глина уносит стресс Стрессы, неизбежные при постоянном умственном напряжении, Максим Тимофеев научился снимать ежеутренними физическими нагрузками (бег, тренажеры), а с недавних пор также занятиями в гончарной мастерской. «Когда месишь глину, лепишь, руки помогают сбросить усталость, – говорит он. – Действительно, лучший отдых – смена деятельности. Еще хорошо, если получается в выходные просто отоспаться. Ну и, конечно, важно, что рядом – любимый человек, который всегда во всем помогает и поддерживает. Хотя бывает, что родные делают замечание: оставь свою дипломатию на работе, а дома будь самим собой». Наверное, профессия становится «второй натурой». А еще Максим Валерьевич ведет переговоры… с растениями. Его кабинет напоминает зимний сад – и с его на-селением хозяин общается запросто.

– Цветы – живые, – поясняет М. Тимофеев. – Я вижу, когда они чувствуют себя хорошо, когда расстраиваются. Порой я с ними разговариваю. Когда бываю в разных странах, стараюсь привезти цветок или деревце. На даче воспитываю колонновидную грушу, которая четвертый год не дает плодов, хотя цветет великолепно. У этого сорта плоды растут чуть ли не на стволе, на коротких веточках. Вот я и прикрепил на одну из веточек искусственную грушу – показал, какие должны быть плоды. И рядом положил топор, чтоб припугнуть. Посмотрим, как подействует.

– Это может показаться чудачеством или хуже того… Не опасаетесь?

– Цветы приносят радость, что ж в этом опасного. Мне нравится высказывание Рабиндраната Тагора: «Конечно, я бы мог обойтись без цветов, но они помогают мне сохранить уважение к самому себе, ибо доказывают, что я не скован по рукам и ногам будничными заботами. Они есть свидетельство моей свободы».

Н  е  с  г  и  б  а  е  м  ы  й     д  и  п  л  о  м  а  т

– У вас есть недостатки?

– Да нет их у меня, практически идеален.

– А серьезно?

– Пожалуй, плохо, что мало уделяю времени родным и близким. Это неправильно, но ничего поделать не могу. Я люблю все время проводить на работе.

– Это качество – тоже от папы?

– Точно. Он такой же. Работает до сих пор, хотя и не так много, как раньше.

– Как себя видите лет в 70–80?

– Думаю, что все равно буду работать, потому что на самом деле работа – это жизнь. Энергетикой работы и заряжаешься, и отдаешь ее работе же. Мне нравится актер Владимир Зельдин – ему 97 лет, а он все время на сцене и как превосходно играет Дон Кихота!

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!