Rambler's Top100
Статьи ИКС № 2 2008
Алексей МИШУШИН  07 февраля 2008

Урок телематики

C 1 января 2008 г. вступили в действие Правила оказания телематических услуг связи («ИКС» уже обращался к этой теме, см. № 10'2007, с. 6). Они впервые ввели в сферу регулирования предоставление доступа в Интернет и передачу электронных сообщений – сервисы, которыми пользуются миллионы сегодня и еще больше будут пользоваться завтра.

Мишушин АлексейПостановления Правительства РФ «Об утверждении Правил оказания телематических услуг связи» общественность ждала так долго, что можно было разувериться в том, что оно в конце концов появится. Согласно Плану подготовки проектов нормативных правовых актов Правительства РФ, необходимых для реализации Федерального закона «О связи», утвержденному в декабре 2003 г., Правила оказания услуг телематических служб должны были быть приняты еще во II квартале 2004 г. Затем этот срок отодвинули на IV квартал года… и снова безрезультатно.

Только в начале сентября 2007 г., когда наступила золотая осень, а школьники и студенты погрузились в учебу, Правительство РФ выполнило давнее обещание. Урок телематики наконец состоялся.

Повторение – мать учения?

Революционных перемен Правила оказания телематических услуг связи, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 10.09.2007 № 575 (далее – Правила), не принесли. Те, кто по долгу службы или, говоря языком ГК РФ, «в своем интересе», читал ранее принятые правила оказания услуг, например телеграфной связи или подвижной связи, без труда обнаружат «фамильное сходство» с нормативом о телематике. Правила же оказания услуг по передаче данных схожи с Правилами оказания телематических услуг как близнецы-братья. Попробуем перечислить некоторые «фамильные черты» Правил.

Характерный признак – отсутствие определения самой услуги связи, на регулирование которой направлены Правила. Такой же пробел имеется в правилах оказания услуг телеграфной связи, передачи данных, услуг подвижной связи и др. Что подразумевает понятие «телематические услуги связи» и каковы критерии, отличающие телематику, скажем, от передачи данных, в документе не сказано. Хостинг – это телематика? А электронная почта? Может быть, IP-телевидение или видео по требованию тоже телематика? Кто точно и полно даст ответы на эти насущные для бизнеса и потребителей вопросы?

Отступление от принципа правовой экономии привело к появлению в Правилах множества положений, уже урегулированных действующим законодательством: ГК РФ, ФЗ «О связи», Законом РФ «О защите прав потребителей», а также некоторыми постановлениями Правительства РФ. Так, форма договора на оказание услуг связи, порядок приостановления оказания услуг, в том числе при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, порядок и сроки рассмотрения претензий абонентов и пользователей, состав информации, которая подлежит обязательному доведению до сведения пользователя, обязанность сохранения тайны связи, запрет навязывания потребителю дополнительных платных услуг, срок действия договора об оказании услуг связи, представительство и посреднические отношения при заключении и исполнении договоров, основания граждан-ской правовой ответственности, условия и формы ответственности, условия освобождения от ответ-ственности сторон договора подробно раскрываются вышеназванными актами. Присутствие перечисленных норм в Правилах ничего нового не привносит, но восприятие утяжеляет.

Более серьезные последствия возникают, когда Правила переписывают заново регулирование отношений, сформулированное более высоким по силе действия нормативным актом. В таких случаях правовые решения, которые предлагаются Правилами, по сути, оказываются миражами, уводящими в ошибочном направлении.

К примеру, согласно п. 21 Правил сторонами договора, заключаемого в письменной форме, могут выступать гражданин, юридическое лицо либо индивидуальный предприниматель, с одной стороны, и оператор связи – с другой. Между тем гражданским законодательством круг участников договора обозначен шире. Помимо названных Правилами лиц ими могут быть лица без гражданства, иностранные граждане, лица, не имеющие статуса юридического лица, но признаваемые международным правом, например дипломатические пред-ставительства. А как быть с нотариусами? Можно ли с ними заключать договор на оказание телематических услуг в письменной форме?

Другой пример. Пункт 40 Правил устанавливает, что абонент и (или) пользователь имеют право обратиться к оператору связи с требованием возврата средств, внесенных ими в качестве авансового платежа, в том числе с использованием карты оплаты. Не правда ли, справедливая и чрезвычайно полезная идея? Только вот формулировку п. 40, в которой она воплотилась, трудно считать удачной. Обратившись к п. 1 ст. 782 ГК РФ, регулирующему в том числе односторонний отказ пользователя от договора на оказание услуг связи, обнаруживаем, что оператор при этом вправе удержать в свою пользу фактически понесенные расходы. Таким образом, п. 40 Правил «недоговаривает» пользователю нечто важное.

Сложно объяснить, почему п. 18 Правил устанавливает, что оказание телематических услуг связи с предоставлением доступа к сети передачи данных с использованием абонентской линии осуществляется на основании договора, заключенного в письменной форме. При этом из существа п. 22 Правил можно предположить, что договор следует исполнять именно в виде единого письменного документа, а не, скажем, набора отдельных документов (заявок, писем, актов и др.) и (или) ряда фактических действий сторон, как это допускается ГК РФ. Строгость требований к форме договора, как представляется, может замедлить или затруднить процесс заключения договора, поскольку появляется важное обстоятельство – необходимость личной встречи сторон или их представителей. И это при том, что телематические услуги связи по своей природе и достигнутым на сегодняшний день техническим возможностям находятся в авангарде телекоммуникационного бизнеса.

Кроме того, в неоднозначной ситуации оказывается обычный коммутируемый доступ (dial-up), который в массовом порядке организуется с использованием абонент-ской линии на базе интернет-карт. Как быть в этом случае? Мнения специалистов о том, попадает ли этот алгоритм подключения телематических услуг под действие Правил, радикально разошлись. А где нет ясности норм, возникает опасность принятия неверных правовых решений.

Думается, что телематика более некоторых других услуг связи заслуживает применения к ней самых современных либеральных методов регулирования.

Объяснение нового

Содержится ли в тексте Правил что-либо принципиально новое и важное, свойственное только этому члену «семьи» аналогичных нормативных актов? Безусловно да.

Начнем с того, что изменился предмет, т.е. само существо телематических услуг связи. Прежде оператор связи обязан был обеспечить абоненту и (или) пользователю: а) передачу факсимильных сообщений; б) передачу сообщений электронной почтой; в) доступ к информации мировых и региональных информационно-телекоммуникационнных сетей, в том числе к сети Интернет. Начиная с 01.01.2008 из обновленных лицензионных условий, установленных Постановлением Правительства РФ 18.02.2005 № 87, следует, что оператор, оказывающий телематические услуги связи, обязан предоставлять абоненту и (или) пользователю: а) доступ к сети связи лицензиата; б) доступ к информационным системам информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе к сети Интернет; в) прием и передачу телематических электронных сообщений.

Что означают эти перемены? Отныне к телематике не относится факсимильная связь. Напротив, доступ к любым информационным системам вне зависимости от географии их распространения теперь относится к телематическим услугам связи, что представляется справедливым решением. Электронная почта хотя и не прописана в перечне лицензионных условий, но фактически осталась в нем под личиной телематических электронных сообщений. Поскольку Правила трактуют «телематическое электронное сообщение» как одно или несколько сообщений электросвязи, содержащих информацию, структурированную в соответствии с протоколом обмена, который поддерживается взаимодействующими информационной системой и абонентским терминалом, к телематическим услугам связи следует также относить прием и передачу сообщений различных интернет-пейджеров и чатов и др.

Самое любопытное то, что нынешняя трактовка термина «телематическое электронное сообщение» столь размыта и пространна, что в нее теоретически попадают даже видеоконференции или голосовые сервисы, использующие принцип коммутации пакетов, на-пример Skype. Уверен, что авторы Правил изначально не предполагали возможности столь широкого толкования, тем не менее по какой-то причине названный терминологический изъян устранен не был.

Размещение сайта на чужом сервере или размещение своего сервера на чужой хостинговой площадке необходимо рассматривать как телематику. Впрочем, так было и до утвер-ждения Правил. Заказчика интересует не само по себе выкладывание своего объекта на технических средствах иного лица, а обеспечение удаленного доступа к информации, размещенной на сайте или сервере, посредством информацион-но-телекоммуникационных сетей. Если вспомнить, что согласно ФЗ «О связи» услугой связи является деятельность по приему, обработке, хранению, передаче, доставке сообщений электросвязи, любые сомнения в том, что хостинг – не телематика, а, скажем, аренда, развеиваются. Если же услугу хостинга планируется оказывать возмездно, то лицензию на оказание телематических услуг связи надо получать обязательно.

Безусловной заслугой авторов Правил следует считать введение определений ряда понятий, используемых при оказании телематических услуг. Необходимость легальных трактовок терминов «абонентский интерфейс», «сетевой адрес», «спам», «протокол обмена», «унифицированный указатель» давно назрела, и введение их в оборот, конечно, встретит поддержку у специалистов. Нельзя сказать, что формулировки всех перечисленных понятий безупречны. Так, в действительности «унифицированный указатель» – это не только, как указано в Правилах, совокупность букв, цифр, символов, однозначно определяющих в информационно-телекоммуникационной сети информационную систему с определенным для такой сети форматом, но и совокупность букв, цифр, символов, однозначно определяющих тот или иной файл. Последний явно не является «информационной системой», и отсутствие в Правилах соответствующей оговорки искажает общий смысл термина. Вместе с тем даже несовершенное определение термина – меньшая проблема, нежели его полное отсутствие, поэтому в целом предложенную терминологию следует оценить положительно.

Еще одно достоинство Правил – отнесение договора, заключаемого с гражданином в целях пользования телематическими услугами связи для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, к числу публичных договоров. На практике это означает, что, руководствуясь ст. 426 ГК РФ, оператор должен оказывать услуги связи каждому, кто к нему обратится, а также не вправе отдавать предпочтение одному лицу перед другим в отношении заключения договора, кроме случаев, предусмотренных законом и иными правовыми актами. Стоимость услуг и другие условия договора устанавливаются одинаковыми для всех пользователей услуг связи, за исключением случаев, когда законом и иными правовыми актами допускается предоставление льгот для отдельных категорий лиц. Не допускается отказ оператора связи от заключения договора при наличии возможности оказать пользователю соответствующие услуги. При необоснованном уклонении оператора связи от заключения публичного договора пользователь вправе обратиться в суд с требованиями о понуждении оператора связи заключить с ним договор и возмещении причиненных необоснованным уклонением убытков.

Чрезвычайно актуальное правомочие закреплено во втором абзаце п. 27 Правил, в соответствии с которым оператор связи вправе ограничивать отдельные действия абонента и (или) пользователя, если такие действия создают угрозу для нормального функционирования сети связи. Значение этой нормы для деятельности операторов трудно переоценить. Ранее в законодательстве подобное правило отсутствовало и это сдерживало противодействие пользователям, использующим телематические услуги связи для рассылки спама, вредоносного программного обеспечения и совершения других неправомерных действий.

Любопытными представляются обязанности, вменяемые абонентам и пользователям в п. 28 и 29 Правил: предпринимать меры по защите абонентского терминала от воздействия вредоносного ПО; препятствовать распространению спама и вредоносного ПО со своего абонентского терминала. В случае неисполнения пользователем услуг связи возложенных на него обязанностей оператор, письменно уведомив его, вправе приостановить обслуживание.

. . .

Таковы некоторые положения Правил, на которые прежде всего хотелось бы обратить внимание. Как сложится их судьба в практической деятельности операторов связи – покажет будущее.
Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!