Rambler's Top100
Статьи ИКС № 11 2014
11 ноября 2014

Александр ШИБАЕВ. Без интереса к жизни человек неинтересен

Взгляд на мир без будничных шор, на все 360 градусов, – редкое свойство делового человека нашего времени. И жизненная позиция Александра ШИБАЕВА, заместителя директора Межрегионального центра обработки информации Банка России.

Александр ШИБАЕВ, начальник управления эксплуатации обеспечивающих систем Межрегионального центра информатизации ЦБ РФ

Я родился в 1966 г. в Пушкине, бывшем Царском Селе, а ныне районе Санкт-Петербурга. Родственников, кроме родителей, у меня не было: все, кто могли бы стать моими родственниками, погибли в блокаду, а родителей 10-летними детьми по Дороге жизни в феврале 1942 г. вывезли на большую землю. Они попали в один детский дом, затем судьба их развела, потом они опять встретились, и в результате появился я. Наверное, из-за отсутствия родственников слово «друг» имеет для меня жизнеобразующее значение и я очень трепетно относился и отношусь к друзьям.

Привет от Руста

Мама работала в милиции, следователем, затем прокурором. Так что воспитание было строгим: пятерки по всем предметам, занятия легкоатлетическим десятиборьем в спорт-школе, уроки игры на фортепиано. Частные уроки давала баронесса Ада Елизаровна фон Л'юдовик, жившая в коммуналке в доме, который до 1917 г. был целиком ее. Играть на пианино не разучился до сих пор. Школу закончил на отлично, но куда поступать? В Пушкине было аж четыре ВУЗа: сельскохозяйственный институт, куда шли в основном девочки, и три высших военных училища – инженерно-строительное, военно-морское и радиоэлектроники ПВО. Инженерно-строительное училище в интеллектуальном плане не котировалось, военно-морское предполагало дальнейшую службу в очень удаленных местах, поэтому я пошел в училище радиоэлектроники ПВО. Специальность инженера-энергетика выбрал по примеру отца и этим немало удивил будущего командира батареи, поскольку в энергетики курсанты обычно не рвались. Так в 1983 г. я, единственный ребенок в семье, оказался в казарме на 160 человек. Такой коллектив подровняет любые изъяны и физической, и моральной подготовки. Четыре года училища вместили и парады на Дворцовой площади, и уборку картошки и капусты в колхозе, и разгрузку вагонов, и марш-броски, и занятия, и золотую медаль на выпуске.

В царскосельском детстве

Заканчивал я училище в 1987 г., вскоре после того, как пилот-хулиган Руст посадил самолет на Красной площади. Следствием этого стала серьезная встряска всей советской армии, и особенно войск ПВО. В училище приехала комиссия из Москвы, которой нужен был выпускник с довольно необычным набором характеристик: наличие красного диплома или золотой медали при отсутствии родственников-военных. По всей видимости, где-то наверху решили «обновить кровь». Так я оказался в Москве, в НИИ Минобороны, где занимались разработкой советского суперкомпьютера «Эльбрус-3», а также его предшественников БЭСМ-6, «Эльбрус-1» и «Эльбрус-2».

Покорение Эльбруса

В Москву я приехал налегке: в одной руке чемодан, а другой я держал за руку жену. Знакомых в Москве не было. Командир части дал три дня на решение жилищных проблем: либо снять квартиру, либо отправить жену к родителям и поселиться в общежитии для холостяков. В итоге три года мы снимали жилье (в это время и дочка родилась), а в 1990-м получили квартиру недалеко от института. Поначалу я был уверен, что долго в Москве не задержусь и вернусь в Ленинград, но опытные люди сказали: семь лет поживешь и привыкнешь. Так и произошло.

В НИИ Минобороны я два года прослужил в подразделении, которое сейчас назвали бы дата-центром. Обслуживал холодильные установки, трансформаторную подстанцию и другое оборудование системы обеспечения суперкомпьютера. Я тогда попытался изготовить компьютер самостоятельно: собственноручно паял игровую приставку, собирал клавиатуру, подключал к телевизору и кассетному магнитофону. И в какой-то момент подумал: несколькими этажами выше стоит суперкомпьютер «Эльбрус-2», работу которого обеспечивает наша инженерная служба, а кто-то для него разрабатывает программы, может, и мне попробовать? И в 1989 г. я подал рапорт о желании сменить специальность: учиться на математика и заняться вычислительной техникой и программированием. Я считал, что надо идти туда, где будет интересно и можно развиваться. Меня перевели в соответствующий отдел и разрешили поступать на вечернее отделение ВМК МГУ. Университет, конечно, не научил меня программировать, но научил фундаментальному инженерному подходу к любой проблеме и отучил бояться сложных формул.

Банковская история и не только

Любимые женщины

Так я принципиально изменил жизнь и стал разработчиком вычислительных систем «Эльбруса». Занимался ими вплоть до 1991 г., пока развитие советской вычислительной техники не закончилось вместе с СССР. Потом на службе перестали платить зарплату и пришлось искать другие способы обеспечивать семью: вместе со знакомым закупали в Москве аудио- и видеокассеты и продавали на рынках в Подмосковье и Владимирской области. За три года я не пропустил ни одного выходного: вставал в четыре, чтобы успеть к открытию рынка. Изучил аудио-видеоспрос досконально, кассеты шли нарасхват. В 1995 г. бывшие сослуживцы пригласили меня в коммерческий банк «Возрождение», и я написал рапорт об увольнении из армии. Так я вновь вернулся к ИТ. Потом была фирма «Анкей» с серьезным проектом по созданию системы контроля прохода в московском метро, затем я – директор интернет-провайдера «Телеинтерком», который подключал к интернету подмосковные организации. С 2000 г. работаю в системе Центрального Банка РФ. Отвечал за эксплуатацию и развитие сетевой и ИТ-инфраструктуры зданий центрального аппарата, теперь обеспечиваю работу транспортной системы электронных расчетов банка. Здесь мне пригодилось все, чему я обучился в училище, что узнал во время службы в НИИ Минобороны и учебы в университете. Ничто не оказалось лишним.

Года три назад я к своим официальным обязанностям добавил еще и неформальную, связанную с развитием облачных технологий. Почувствовал необходимость поделиться опытом с теми, кто не очень доверяет продавцам оборудования, заливающимся соловьями на конференциях. В итоге и мое собственное восприятие жизни и своей работы стало шире. Интерес к жизни не должен угасать. Если что-то наскучило, найди что-нибудь еще. Переключение даже на совершенно посторонние вещи повышает КПД основного занятия. Если я постоянно думаю над какой-то проблемой, иногда физически чувствую, что куда-то уперся и надо переключиться – сделать что-то на даче, прочитать книгу стихов, улучшить звучание компьютера, организовать поездку с друзьями, сходить на странный спектакль и потом повозмущаться им... Без переключения человек становится неинтересен, в том числе самому себе.

У р о к и   р у к о в о д с т в а

Говорят, армия – школа жизни. Правда, когда в этой «школе» учишься, об этом не знаешь, но потом вдруг выясняется, что на некоторые ситуации реагируешь так, как будто к этому специально готовили: нельзя сгибаться, нельзя сдаваться, нельзя никого подвести. В армии я впервые стал руководителем: в 17 лет был назначен командиром отделения, и под моим началом оказалось восемь сокурсников. С тех пор и руковожу людьми.

Конечно, в армии есть определенная специфика: приказ командира – закон для подчиненного. Но и там нельзя сказать «ну-ка, работайте», если сам не знаешь, что и как делать.

√ Если ставишь подчиненным задачу, нельзя ссылаться на вышестоящего начальника, мол, он приказал, поэтому мы обязаны сделать. Это сразу превращает тебя как руководителя в ничто.

√ Если кто-то с чем-то не справился, у руководителя должно быть моральное право отчитать за это, и подчиненные должны понять, что шанс сделать все правильно был, и поэтому наказание и негативная реакция начальника вполне заслужены. Надо оставаться компетентным. Как? Читать, смотреть, слушать и учиться. Непрерывно!

√ категорически неприемлемо поступать с человеком так, чтобы дальнейшее нормальное общение оказалось невозможным. Создавать униженных врагов недопустимо! Я готов признать ошибки, если поступил несправедливо, извиниться за свои жесткие действия и постараться исправить ситуацию. Никто из тех, с кем я когда-то работал или кем командовал, сейчас при встречах, пусть даже случайных, не отворачивается. Наоборот, улыбаются, протягивают руку! И это притом, что среди бывших подчиненных нет ни одного, кого бы я в какой-то момент не отчитал.

√ Определенный авторитаризм в руководстве нужен, но при этом руководитель должен брать на себя б'ольшую часть ответственности и доверять своим подчиненным. Если работа получилась, это заслуга подчиненных, а если нет – основная вина лежит на начальнике.

√ Считаю обязательными качествами подчиненного наличие собственного мнения и готовность его отстаивать, даже в разговоре с руководителем. Сложные подчиненные обычно эффективны, с ними надо наладить контакт, и тогда они горы своротят, а с простыми соглашающимися – больших высот не возьмешь. Правда, излишне упертые и зашоренные люди – далеко не самые конструктивные члены команды. 

Беседовала Евгения Волынкина

Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: