Rambler's Top100
Статьи ИКС № 05-06 2016
Андрей ГИДАСПОВ  14 июня 2016

Японское и корейское чудо. Вкус инноваций

Каковы истоки инновационного лидерства стран Юго-Восточной Азии? Что помогло им добиться ошеломляющих успехов и на какие подводные камни им пришлось напороться?

Андрей Гидаспов, международный бизнес-консультант

Обратиться к опыту современных лидеров инноваций, в частности наших восточных соседей, у которых «господствует политика ускоренного инновационного развития, направленная на достижение лидерских позиций путем приори­тетного финансирования исследовательских проектов и коммерческих инноваций», – такую рекомендацию да­ют авторы Национального доклада об инновациях в России, подготовленного согласно поручению Правительства РФ. По их мнению, именно существующая традиция иерар­хической стратегии инновационного развития в странах Юго-Восточной Азии, где главенствует государственный подход в выборе приоритетных отраслей и технологий, делает их опыт интересным для изучения.

Попытаемся разобраться в восточных тонкостях инновационной стратегии на примере Японии и Южной Кореи.

Инновационный бусидо Японии: самурайские имитации

Целый ряд исследователей утверждает, что секрет инновационной восприимчивости Японии был заложен еще в средневековье: основы специфической японской модели обучения были предложены знаменитым самураем Миямото Мусаси, лучшим и непобедимым мастером меча Японии.

Мусаси разделил процесс обучения на три стадии и предложил концепцию «Сюхари» («подчинение – точка перелома – отделение»). Первый этап «Сюхари» предполагает обучение традиционным формам и подчинение правилам. На втором этапе ученики оттачивают мастерство, осваивая все базовые и традиционные компоненты, чтобы успешно подойти к третьему этапу, который ведет к полному отходу от первоначальных форм и созданию оригинальных идей.

 Традиционная японская система обучения

 

 Традиционная японская система обучения

Именно эта концепция, являющаяся маяком для многих поколений японцев, стала одним из решающих факторов успеха и обусловила ускоренные темпы экономического развития страны после окончания Второй мировой войны. Необходимо отметить некоторые особенности этого процесса. Осваивая выпуск нового технологического продукта, японские инженеры не просто копировали его, но и выделяли навыки, необходимые для производства этого продукта, тщательно изучали их, чтобы затем использовать для создания других, уже оригинальных продуктов.

Например, та же Toyota в начале славных дел нисколько не славилась изобретениями, а лишь четко следовала лекалам американской компании Ford. Однако со временем, действуя в соответствии с «Сюхари» и придерживаясь практики кайдзен (фокусирования на непрерывном совершенствовании процессов производства), Toyota становится бессменным передовиком. Сегодня это не только крупнейший производитель автомобилей в мире, но и компания, которая получает наибольшие прибыли от продаж.

Эволюция японского феникса

Возродившись, как феникс, из пепла Второй мировой войны, Япония стала законодателем технологической моды на многие десятилетия. Как оказалась возможна такая трансформация? Как отмечают авторы статьи «Инновационный успех Японии: миф или реальность?» (Н. Удальцова, Е. Кожанов, Д. Горбулина. Инновационный успех Японии: миф или реальность? «Вопросы инновационной экономики», том 5, № 2 (апрель-июнь 2015), с. 37–46), крупные инвестиции в НИОКР, развитие технополисов и технопарков, расширение возможностей управленческой экспертизы и контроля за качеством производственных процессов – вот основные факторы успеха Японии на инновационной ниве. 

А начиналось все с четкого понимания: Японии нужен доступ к современным технологиям, изобретениям и патентам. Только так можно было догнать, а затем и перегнать западных лидеров. Воплощая на практике первую часть концепции «Сюхари», в начале 50-х годов Япония сконцентрировалась на закупке новейших технологических изобретений. Эта политика быстро принесла свои плоды – уже к концу 70-х благодаря наличию иностранных патентов и лицензий Япония заработала свыше $70 млрд!

Кроме того, Япония четко определилась с выбором отраслевого фокуса, выбрав «тяжелые» сектора экономики, включая транспортное машиностроение, производство электротехники, черную металлургию и химпром. Такая политика дала результаты через несколько десятилетий – в 2013 г. по количеству патентов Япония заняла второе место среди стран-лидеров с 52437 патентами, практически идя нога в ногу с США, которые владели 64967 патентами.

Также нельзя не отметить уровень развития высшего образования, особенно технических вузов. Постоянное обучение сотрудников и тесная взаимосвязь менеджеров предприятий по всей управленческой вертикали создали благоприятную почву для совершенствования производства и контроля качества продукции. Тесная связь ведущих НИИ с промышленностью, крупные инвестиции в НИОКР, а также наличие широкой базы квалифицированного человеческого капитала позволили Японии продолжить инновационный курс и инвестировать в развитие ключевых отраслей промышленности будущего – робототехнику, нанотехнологии, системы безопасности и разработки в области освоения космоса. 19 японских технополисов, расположенных по всей территории страны, активно поддерживаются государством и способствуют развитию сопутствующей инфраструктуры.

Ау! Где ты, японский Фейсбук?

Анализируя массивные изменения в инновационной экосистеме страны, произошедшие благодаря усилиям крупнейших японских концернов Sony, Toshiba, Hitachi, можно сделать однозначный вывод, что в отличие от Кремниевой долины японская технологическая база сильно зависит от крупного бизнеса, а не от продвинутых стартапов, ежегодно генерирующих новые технологии.

В Японии крупные корпорации практически монополизировали сферу человеческого капитала, законодательную сферу, рыночные каналы и тысячи других аспектов экономики. Предпринимательская культура и стартапы в Японии пока не имеют серьезной общественной поддержки. Несмотря на многочисленные попытки, изменения ситуации снизу вверх не происходит. В чем же причины?

Многие аналитики признают, что «подрывные» инновации не производят в Японии такого же ошеломляющего эффекта, как на Западе. Страна так и не родила своих Google и Tesla, хотя, конечно, исключения из правил есть (например, онлайн-аукцион Rakuten). Несмотря на наличие талантливых и работоспособных работников, гибкую и основательную законодательную базу, тектонических изменений не происходит.

Так, по мнению Кевина Рида, аналитика журнала Forbes, основная проблема эволюции экосистемы стартапов – в культурных особенностях страны. То, что позволило Кремниевой долине выйти на передовые позиции и создать для выращивания стартапов гибкую систему с полной инфраструктурой, от технологий до юридического сопровождения и финансирования, к сожалению, отсутствует в Японии.

Несколько ключевых факторов:

Рискоустойчивость, или Испытание на поражение. Любой стартап – это рискованное мероприятие. Вы можете потерять все – репутацию, деньги, надежды на будущее. Стартаперы проверяют свои идеи в реальной жизни, прекрасно сознавая, что лишь малая толика этих идей сможет найти успешное завершение.

Культурные нормы в Японии, как, впрочем, и во многих других азиатских странах, предполагают малорисковый подход к делу. Ценятся те руководители, которые могут предугадать дальнейший ход событий и предложить стратегию медленного роста, подразумевающую пошаговые позитивные изменения. Естественно, порог рискоустойчивости у японских бизнесменов очень низкий. Любое фиаско становится смертельным репутационным приговором без права на новую попытку. Каждый предприниматель, который заявляет о работе над новой идеей, рискует своими социальными связями, отношениями с членами семьи, друзьями и коллегами, а в Японии это смерти подобно!

Культурные прецеденты. Если вы живете в США, то для вас не секрет, что стартапы и предпринимательство возведены чуть ли не в культ. Сегодня все говорят об успехах молодых предпринимателей, которые нашли финансирование для своих стартапов и вышли на уровень «единорогов»-миллиардников. В Японии такого отношения к предпринимателям со стороны общества до сих пор нет. Даже если вы достигнете такого успеха, как Хироси Микитани, владелец Rakuten, к вам все равно будут относиться как к белой вороне, просто потому что вы слишком выделяетесь. Конечно, ситуация медленно меняется в лучшую сторону, но пока предпринимательская экосистема в основном развивается вокруг крупных мегаполисов.

Следующие шаги – шаги в будущее

Пока Японию сложно назвать центром предпринимательства в Азии. Несмотря на рост местных стартапов, наиболее активными предпринимателями являются представители мелкого розничного бизнеса – «хако моно», которые предлагают «коробочный» товар.

Какие проблемы предстоит преодолеть японским предпринимателям, чтобы выйти из ступора?

Семейные ресурсы/персональные накопления. В Японии, как и в других странах мира, сложно занять деньги в семье, особенно под рискованное предприятие.

■ Посевное финансирование. Несмотря на то что посевное финансирование уже не воспринимается как нонсенс и достаточно широко распространено в крупных городах, источники финансирования в основном концентрируются в Токио. Но даже в Токио количество активных ангелов невелико.

■ Венчурные капиталисты. Эта категория медленно увеличивается, но пока сложно говорить о качественном росте.

Человеческий капитал. В стране достаточное количество качественных инженеров, дизайнеров, маркетологов, однако количество серийных предпринимателей явно ограничено.

Социальные сети. Здесь у Японии большая проблема. Социальные аспекты предпринимательства играют ключевую роль в развитии инновационных экосистем. К сожалению, в Японии до сих пор не сформировался критический кластер таких социальных сетей. 

И снова три этапа и три составные части

Благодаря своей стратегии, направленной на инновации, Южная Корея совершила невообразимый прыжок, превратившись из отсталой сельскохозяйственной страны в одно из наиболее богатых государств мира. На протяжении 35 лет южнокорейская экономика росла стремительно, в среднем на 8% в год. В период между 1962 и 1997 гг. страна увеличила свой ВНП с $87 до $10 550.

Именно инновации и развитие технологического сектора послужили причиной этому феномену. В 2014 г., согласно докладу Всемирного банка, Южная Корея заняла 13-е место среди крупнейших с точки зрения экономики держав мира.

Согласно исследованию Л. Кима (L. Kim. Imitation to Innovation: The Dynamics of Korea's Technological Learning. Harvard Business School Press. 1997.), основным фактором успеха ускоренной индустриализации Южной Кореи стала «аккумуляция технологических возможностей страны, т.е. способность эффективного освоения, использования и изменения экспертизы для улучшения существующих продуктов или создания новых технологий».

Индустриализация страны проходила в три этапа.

На первом этапе южнокорейские компании традиционно накапливают знания, инвестируя в обучение сотрудников, трансфер зарубежных технологий и распространение знаний среди всего технического персонала ведущих компаний.

На втором этапе – творческой имитации – компании стараются достичь нового уровня инновационного развития путем сотрудничества с местными университетами и НИИ. Управленческий аппарат компаний всячески поощряет развитие собственного исследовательского кластера, а также расширение стратегического сотрудничества с зарубежными партнерами.

На третьей стадии компании начинают создавать оригинальные продукты, что достигается благодаря интенсивным инвестициям в НИОКР и привлечению талантливых сотрудников, включая зарубежных специалистов.

Основным отличием корейской системы от японской является более активное взаимодействие с зарубежными партнерами, в то время как японские компании предпочитают наращивать инновационный капитал внутри страны (Kim Hua Tan, Leanne Chung. Cracking the Chinese SME Innovation Frontier: Crossing the Imitation Chasm. http://www.toknowpress.net/ISBN/978-961-6914-13-0/papers/ML15-052.pdf.).

Несмотря на успехи инновационной политики, правительство Южной Кореи признает, что стране необходимо еще больше стимулировать инновационный потенциал. Причина проста – соседний Китай, являющийся одновременно и крупнейшим импортером местной продукции, и растущим конкурентом, постоянно наращивает мускулы, превращаясь из «фабрики мира» в инновационного «супермена».

Согласно исследованию Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), Южная Корея продолжает увеличивать инвестиции в научно-исследовательские работы. В 2015 г. страна вложила в НИР 4,29% ВВП, больше, чем Израиль (4,11%) или Япония (3,58%).

Более того, согласно Bloomberg Innovation Index за 2016 г., который оценивает мировые экономики в шести категориях, включая инвестиции в НИР, высокотехнологичные компании, производство, исследовательский персонал, количество патентов и образование, Южная Корея вышла на первое место, опередив Германию, Швецию, Японию и Швейцарию (Россия, к слову, в этом престижном рейтинге занимает не очень далекое 12-е место. – Прим. ред.).

Без сомнения, крупные инвестиции в НИР и инновационное развитие становятся ключевым преимуществом крупного бизнеса Южной Кореи в условиях растущей глобальной конкуренции. Такие игроки, как Samsung и LG, демонстрируют свой потенциал, заставляя западных конкурентов постоянно быть начеку. Кайл Ферье, директор по академическим связям и исследованиям Корейского института экономики в США, объясняет этот факт тем, что Южная Корея была просто вынуждена разработать собственный подход в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где она конкурирует с двумя вызовами – низкой стоимостью производства в КНР и высокотехнологичной капитально-интенсивной промышленностью Японии. «Значительные инвестиции в НИР отражают не только высокий спрос местного потребительского рынка на новые технологические продукты, но и государственную цель построения креативной экономики», – отмечает К. Ферье.

Плюс «чеболизация» всей страны

Экономический успех Южной Кореи начался со стратегического решения правительства сконцентрироваться на производстве экспортной продукции. На следующем этапе катализатором развития страны стали чеболи (chaebols), мультинациональные корпорации, которые и привели страну к настоящему экономическому прорыву. Роль чеболей в мире увеличилась благодаря политике серьезных инвестиций не только в инновационное развитие местных компаний, но и в разработки глобального видения. Так, чеболи активно инвестировали в покупки активов в США и ЕС. Кроме того, правительство Южной Кореи направило дополнительные средства на развитие высококлассной инфраструктуры и системы высшего образования.

Крупнейшие представители чеболей – Samsung и Hyundai – стали технологическими и инновационными лидерами с высокой репутацией. Эти компании позиционируются как производители наиболее современных и высококачественных продуктов.

И солнце не без пятен

Но несмотря на значительные усилия, направленные на развитие инноваций, Южная Корея ощущает такие «свежие» проблемы, как растущее экономическое неравенство в обществе, риск замедленного роста, сложности развития малого и среднего бизнеса на фоне стремительного старения нации (http://www.dw.com/en/why-innovation-is-king-in-south-korea/a-19038625.). И если этого недостаточно, чтобы задуматься над будущим, то такие факторы, как замедление экономического роста в Китае и девальвация японской йены, тоже способствуют снижению конкурентоспособности корейских производителей экспортной продукции.

Проблема растущего неравенства в обществе в последнее время становится все более острой. И это не только уровень зарплат и экономические факторы, неравенство становится заметно и в академическом секторе – не все семьи могут позволить себе подготовку детей к поступлению в топ-вузы страны.

Начинает давать сбои и система подготовки профессиональных кадров. Все чаще ощущаются дефицит квалифицированной рабочей силы и недостаточная подготовленность выпускников вузов к потребностям корпоративного сектора. Это ставит страну в непростое положение. Согласно Bloomberg Innovation Index, по продуктивности (доле ВНП на одного человека старше 15 лет и ее росту за три года) Южная Корея занимает лишь 39 строчку рейтинга.

Кроме того, Южная Корея «стареет» быстрее, чем какая-либо другая страна – член ОЭСР, что, безусловно, отразится на долгосрочном экономическом росте. Поэтому приходится признать, что ей предстоит большая работа по улучшению этих показателей.

Одной из самых сложных проблем остается ситуация с развитием малого и среднего бизнеса в стране. Поскольку чеболи практически монополизируют корейскую экономику, малому бизнесу чрезвычайно трудно конкурировать с этими гигантами, даже несмотря на усиленную поддержку со стороны государства. Кроме того, многочисленные патенты, которые получают ведущие инженеры чеболей, так и остаются «внутри системы», в то время как в США многие успешные стартапы организуют выходцы из крупнейших технологических компаний.

Еще одним вызовом является стратегическая трансформация Китая, который ставит своей целью создание высокоэффективного модернизированного производства, что делает его серьезным конкурентом. Высокий уровень зарплат в производственном секторе Южной Кореи позволяет другим развивающимся странам на азиатских рынках (Вьетнам, Индонезия) выходить вперед.

Как поведет себя корейская экономика в среднесрочной и долгосрочной перспективе, пока неясно. Однако именно эффективное решение проблемы старения населения и снижения уровня производства будет решающим в следующее десятилетие.  

Подробности и прогнозы – в следующем номере «ИКС».  

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!