Rambler's Top100
Статьи ИКС № 7 2007
01 июля 2007

Малые игроки большого бизнеса

От малых причин бывают большие следствия.
Козьма Прутков


Какие они, малые?

В определении сегмента SMB (small and medium business) единства нет. Зарубежные и отечественные эксперты не могут прийти к консенсусу в выборе ключевых критериев – активы, оборот или штат (табл. 1)?

В России малым считают предприятие, средняя численность работников которого не превышает в промышленности, строительстве и на транспорте – 100 чел., в сельском хозяйстве и научно-технической сфере – 60 чел., в оптовой торговле – 50 чел., в розничной торговле и бытовом обслуживании населения – 30 чел., в остальных отраслях – 50 чел. Предприятие среднего масштаба имеет, в свою очередь, от 100 до 1000 сотрудников. Оборот средних компаний обычно не превышает $100 млн (западная планка – $200 млн).

Несмотря на растущую роль в экономике и впечатляющие масштабы развития, отношение к отражению ее успехов в официальной отчетности по инерции пренебрежительное. Российская статистика не только не замечает профессионального разнообразия ИКТ-компаний, но и с 2005 г. объединяет их с предприятиями транспорта. Национальный средний класс всех видов деятельности как бы не существует вовсе, растворяясь в результатах крупного бизнеса. Причину хочется видеть в том, что в отличие от других стран, включая даже КНДР, у нас по сей день нет специального федерального закона об официальной статистической деятельности! Поэтому рынок SMB в сфере инфокоммуникаций в настоящий момент один из самых малоизученных.

Terra incognita

В нашей супертехнологичной отрасли малые формы бизнеса дерзают как в традиционных нишах, так и на новых тропах феерического прогресса, которые поначалу кажутся слишком опасными «большим братьям» и, наконец, капиллярно питают «крупных» непрофильными для них бизнес-услугами, экономя им и время, и ресурсы.

Каковы же в России масштабы деятельности «ИКТ-пролетариата»?

Как говорил И. Кант, истина рождается там, где появляется цифра. На пути серьезного анализа данной сферы – несокрушимый статбарьер. Тем не менее на основе имеющихся данных попытаемся выстроить эмпирическую лайт-версию на примере малого бизнеса.

ИКТ-предприятий в малом бизнесе (SB), по данным Росстата, всего 2% (в 2000 г. – 1%), т.е. примерно 22 тыс. компаний. Для сравнения: в США почти в 6 раз больше.

Говорить о выдающихся успехах ИКТ«малышей» и обещанном буме стартапов явно преждевременно. Однако налицо положительная, хотя и не выдающаяся динамика почти всех показателей развития, обгоняющая средние данные по сектору SB всех отраслей в целом, но отстающая от отрасли ИКТ (табл. 2, 3).

За 2000–2006 гг. число SB-предприятий связи и ИТ увеличилось соответственно в 1,9 и 2,7 раза. По оценке МЭРТ, к 2020 г. число SB-предприятий, занятых в науке и ИТ, увеличится с 2 до 10% общего числа малых предприятий в России.

Самые высокие темпы роста занятых наблюдались на ИТ-предприятиях, что привело к повышению среднего показателя их численности с 8 чел. (2000 г.) до 15 чел. в 2006 г. Связисты, напротив, стали малочисленнее на 4 чел. (в среднем – 8 чел). В целом же отряд «малышей» составляет порядка 25% всех занятых в ИКТ и 3% среди всех малых.

Их реальный вклад в «продукт» отрасли имеет повышательную тенденцию и за рассматриваемый период возрос с 6,6 до 8,2%. В масштабах сектора SB в целом, наоборот, их доля в выручке катастрофически падает (с 1% в 2000 г. до 0,3% в 2006 г.).

Уровень производительности труда SB-предприятий связи составляет лишь 48% от аналогичного показателя всей отрасли и перманентно снижается (в 2000 г. – 66%). В условиях прозрачности бизнеса это свидетельствовало бы о менее комфортных условиях хозяйствования. Между тем не секрет, что данные Росстата отражают, по оценкам экспертов, лишь немногим больше половины экономических результатов сектора, остальная часть остается «в тени». Так что реальные результаты, может быть, изменили бы картину с точностью до наоборот. А по рентабельности производства (14,5%) связисты среди «малышей» – бессменные лидеры, уступающие, однако, «крупным» более чем в 2 раза. Если верить официальной статистике, доля прибыльных малых предприятий связи стабильна (около 65%) и выше, чем у «больших», у которых просматривается постоянное ее снижение (с 73,9% в 2000 г. до 63% в 2006 г.). В ИТ-секторе ситуация противоположная: у «крупных» изменения незначительны, у «малых» наблюдается снижение на фоне относительно более высокой доли прибыльных крупных компаний – в 2006 г. 69 и 75% соответственно. К тому же статистика малого предпринимательства – при всем ее несовершенстве – свидетельствует, что у «малышей»-связистов финансовая независимость растет, у ИТ-предприятий – падает. Так, коэффициент автономии, характеризующий долю собственных средств в общей величине источников финансирования, возрос у первых с 6,6% в 2000 г. до 63% в 2006 г., у вторых соответственно снизился с 41 до 14%. Как можно прокомментировать ситуацию? Учитывая тренды прибыльности предприятий и снижения инвестиций в малый бизнес (в свя’зи реальная их величина в 2006 г. уменьшилась по сравнению с 2005 г. на 30% и составила всего 0,8% общеотраслевых), можно предположить, что кредитный инструментарий ИТ-предприятия используют более интенсивно и больше рискуют.

Растущий малый бизнес – только видимая часть айсберга. Компании, которые чуть подросли и попали в категорию среднего (его в России вроде бы и нет – по крайней мере с точки зрения национальной статистики), по оценкам экспертов, создают не менее 25% общего продукта отрасли. Их параметры развития настолько крепко спаяны со статистикой крупных предприятий, что нет возможности их вычленить.

Суровая правда жизни

Кратко обрисовав ситуацию с малым бизнесом в ИКТ сегодня, отметим несколько факторов, имеющих существенное влияние на его развитие.

Аспект финансовый. При создании предприятия и в процессе его деятельности главная трудность – инвестиции. Основными источниками капитала для SMB традиционно являются личные и семейные сбережения, банки играют незначительную роль. Расширению финансовой базы стартового предприятия пока главным образом содействует лишь социальный капитал самого предпринимателя, имеющиеся у него личные связи. Опрос показывает, что одалживать деньги приходится значительной части предпринимателей, причем наличие дружеских каналов финансирования, по-видимому, позволяет делать это на беспроцентной основе. Банковское кредитование сектора SMB-ИКТ на данный момент невелико; по оценкам, за ним обращаются порядка 6% этих предприятий, хотя нуждается в займах почти половина. Но процедура получение кредита сложна, ставки высоки, сроки коротки, залогового пресечения у этого класса бизнеса нет. Правда, ставки за последний год снизились примерно на 1–2%. Но получить подобное финансирование все еще крайне сложно, признают участники рынка. Поэтому говорить о скором и полном искоренении «серых» финансовых схем, таких как ростовщичество, пока не приходится. Если крупный бизнес может получить рублевые кредиты под 12%, то SMBпредприятия – под 20–24%,и то лишь при наличии приемлемых для банка залога или надежных поручителей. Максимальная сумма, как правило, варьируется от 5 тыс. до 1,5 млн евро. Сроки – от полугода до семи лет.

Административный ресурс. Регуляторная база решительно отстает от потребностей авангарда энтузиастов, осваивающего инновационные ниши. Бизнес-ситуация для многих из них абсурдна и тормозит развитие.
Пока в рамках действующего законодательства получить де-факто пропуск на рынок или сложно, или просто невозможно. Предприятия SMB надеются на грамотную корректировку действующих нормативных актов и
мечтают о добросовестной конкуренции – рыночной, а
не административной!

Одна из острых проблем – доступ к имуществу. SMB компании не могут развиваться в условиях дефицита помещений и их дороговизны. По данным МНС РФ, теневые платежи – в первую очередь за аренду помещений – в несколько раз больше, чем уплачиваемые налоги. Сегодня порядка четверти предприятий арендуют недвижимость в органах исполнительной власти, и только треть имеет собственную. Проблему, по мнению SMB-сообщества, можно было бы решить, как это сделано в ряде европейских стран, путем формирования в регионах и муниципалитетах фондов нежилых помещений для сдачи в аренду «на веки вечные». По льготной цене, на прозрачных условиях и под контролем общественных организаций предпринимателей.

По мнению самих бизнесменов, малый бизнес в ИКТ России во многом состоялся благодаря упрощенному налогообложению и налогу на вмененный доход. Но сегодня они не стимулируют рост конкурентоспособности. Дело даже не в ставках налогов, хотя, например, в развивающемся Казахстане для SМB они ниже, чем в России (4–5% оборота и снизятся в 2007 г. до 3%). Во всем мире налогами облагается потребление, а не производство. А после отмены инвестиционной льготы наши развивающиеся предприятия на 24% менее конкурентоспособны, чем большинство их зарубежных коллег.

Таким образом, предприятия SМB никогда не выйдут из «тени», пока «ярем барщины старинной» (нынешняя запутанная и непрозрачная система налогообложения) не будет заменен «оброком легким». А сегодня связист размышляет: «Что лучше – налоговые льготы или дешевые кредиты?»… и выбирает кредиты!

Несколько шагов за горизонт

Еще два года назад президент провозгласил развитие малого и среднего бизнеса одним из приоритетных направлений развития России на ближайшие годы. Чиновничьему аппарату было велено всячески содействовать предпринимательским устремлениям граждан. Примерно раз в полгода российское правительство заседало по этому поводу, но ускорения процесса не наблюдалось. Но сегодня у предпринимателей, похоже, есть повод для оптимизма: «караван больше идет, чем стоит».

Прежде всего следует отметить разворачивающуюся потихоньку федеральную программу развития малого бизнеса. В ее рамках работают программы поддержки начинающего бизнеса, создаются бизнес-инкубаторы, на подходе закон «О развитии малого и среднего предпринимательства в РФ». Здесь можно отметить программу «Старт», проводимую Фондом содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, в рамках которой ежегодно около 500 молодых инновационных компаний безвозмездно получают от государства до 750 тыс. руб. на проведение НИОКР в течение первого года и еще до 3,75 млн руб. на развитие бизнеса в течение последующих двух лет.

Полтора года назад правительством было принято решение о необходимости разработки концепции кластерной политики – принципиально нового подхода к организации, территориальному размещению и кооперации предприятий, а также о разработке программы создания технопарков. Крупные, «якорные» предприятия более конкурентоспособны, когда вокруг них формируется эффективная система поставщиков из малых и средних компаний – производственных, инновационных, сервисных, предлагающих юридические и консалтинговые услуги.

В результате в ИКТ, как и в промышленности, предполагается сформировать целостный отраслевой кластер. Замкнутый производственный цикл для большинства крупных российских операторов уже не является конкурентным преимуществом, роль аутсорсинга со стороны SMB-предприятий становится все более значительной.

Из инфраструктурных достижений пока, пожалуй, можно говорить только о проектной стадии бизнес-инкубаторов. Но это – площадки для стартующего бизнеса. Помогать ему необходимо, ибо необходимо раскрутить те малые инновационные предприятия, которым удалось выйти на рынок с достойной и конкурентоспособной продукцией. Такое возможно лишь при наличии своих, российских, «бизнес-ангелов», способных дать шанс потенциальным инноваторам без потерь пройти этап налаживания опытного производства. И, конечно же, побудить крупный отечественный финансовый капитал вкладываться не только в нефть и газ в России и недвижимость за рубежом, но и в венчурную инфраструктуру. Венчурная индустрия очень прибыльна. В США последние 20 лет ее принято считать самым высокодоходным финансовым инструментом. Америка тратит на технологический сектор почти $14 млрд, Европа – $5 млрд. В основном инвестиции идут в ИКТ-сектор – на ПО, интернет-технологии, компьютерные комплектующие и т.п. В России венчурной индустрии всего десять лет, она еще не сделала решительных шагов, только робкие движения. Но тем не менее она уже встала на ножки и начинает развиваться.

В апреле в Госдуму внесен давно ожидаемый законопроект «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации». Наконец-то даются определения субъектов микро-, малого и среднего бизнеса, устанавливается их численность (15, 100 и 250 человек). Законопроект определяет возможность введения финансовых, налоговых, имущественных преференций для субъектов малого и среднего бизнеса, а также мер поддержки внешнеэкономической деятельности и информационной поддержки. В проекте есть новация, связанная с деятельностью венчурных фондов, для которых сделано исключение как для малых венчурных предприятий. Предусматривается создание при органах исполнительной власти разных уровней советов по поддержке малого и среднего предпринимательства, наделенных широкими возможностями. К сожалению, на деле закон регулирует только сферу малого предпринимательства, оставляя за скобками более крупные субъекты предпринимательской деятельности.

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!