Rambler's Top100
 
Статьи
19 сентября 2008

Статистика в телекоме: где кроются разночтения?См.также "ИКС" №9'2008

Чтобы оценить перспективные потребности отрасли в системе сбора статистики, НП ЦИПРТ и журнал «ИКС» собрали за круглым столом «Статистическое наблюдение за отраслью связи и вызовы времени» авторитетный консилиум из крупнейших операторов связи и аналитических агентств. Читайте полную версию круглого стола, опубликованную в «ИКС», №9/2008. Часть I.

«ИКС»: Ежеквартально, ежегодно операторы заполняют с десяток форм статотчетности. Казалось бы, все должно быть посчитано и просчитано до мелочей, открыто и прозрачно. Однако в оценках рынка сплошь и рядом встречаются погрешности, и порой весьма существенные. Хотелось бы услышать в первую очередь мнение самих операторов связи, как они ведут свою статистику, почему возникают такие разночтения и как решить эту проблему.

Н. ЕрмолаеваН. Ермолаева, ОАО "Связьинвест», зам. начальника отдела координации взаимодействия с регулирующими и надзорными органами в области связи: Я могу выступить с позиции холдинга (а не непосредственно оператора). Мы занимаемся промежуточным сбором статистики между компаниями Группы «Связьинвест» и непосредственно Минкомсвязи России. Все эти шаги, которые проходят от получения формы в вычислительном центре «Ростелекома» до отправления этой отчетности в министерство, мне хорошо известны. В целом заполнение форм компаниями Группы – это достаточно отлаженный процесс, так как наши компании достаточно крупные, давно работают на рынке и соответственно занимаются статистикой уже долгое время.

С точки зрения взаимодействия с министерством, ситуация складывается следующим образом. Мы собираем от компаний, от профильных департаментов и направляем в министерство предложения по изменению форм, по включению дополнений в инструкции. Предложения связаны с изменением перечня услуг на основании требований нормативных актов, с изменениями в части операторского сегмента (чтобы он определялся не только одной строкой в 65-й форме, но и соотносился с натуральными показателями формы 4–связь). Но за последнее время учтено предложений было очень немного.


Однако могу понять и министерство: предприятий связи – тысячи, и любые изменения в формах влекут за собой новые проблемы и трудности сбора. Возможно, процент собираемости форм уменьшится. Поэтому консерватизм в изменениях форм вполне оправдан. Дополнительно к этому Росстат накладывает свои ограничения на количество показателей, собираемых в рамках государственного федерального наблюдения. Поэтому ситуация на данный момент двоякая: с одной стороны, мы видим, что показателей в формах явно недостаточно, а существующие требуют изменений; но, с другой стороны, можно понять и позицию министерства.


А. АверковА. Аверков, инвестиционный холдинг «ФИНАМ»: На самом деле если возьмете альбом статформ, который был в 2002–2003 годах (сами формы), этих форм стало меньше и они стали проще. Но с другой – там весьма странные вещи происходят. Самая большая проблема при учете – это несопоставимость показателей за разные периоды.

Как пример. Вы говорите, что там нет операторского рынка, в том числе МГ/МН. В 2006 г. операторский рынок был, это называлось «Сдача в аренду средств международной и междугородной связи», в том числе МГ/МН. Почему-то в 2007 г. эта строка таинственным образом исчезла. Раньше смотрели на это дело одним образом, потом взгляд изменился: раньше мы делали неправильно, а сейчас правильно. В результате данные несопоставимы.


Сроки сдачи, кстати, тоже уменьшаются. Еще три-четыре года назад последняя сдача была в апреле, а сейчас это март. Вы поймите, что финансовая и бухгалтерская отчетность реально считается; срок сдачи бухгалтерской отчетности – апрель. Поэтому здесь существуют оперативные формы, это та же П‑1 по выручке, ее предоставляют крупные и средние предприятия. П‑1 собирается ежемесячно. Но вы представьте себе: ежемесячно компания должна предоставить свою выручку 6‑го числа, скажем, после Нового Года. Эти показатели, безусловно, более или менее отражают хотя бы тренд, они близки к тем, что подаются окончательно в Минкомсвязи, т.е., различия там незначительны – 3-5%.

М. ОреховМ. Орехов, МТТ, начальник отдела маркетингового планирования: Главные проблемы статистики в отрасли – это смешение и двойной счет. Например, «ростелекомовская» статистика в принципе достаточно точная, потому что люди там работают серьезные, они всегда сделают как надо. А если посмотреть, скажем, статистику «Голден Телекома», то уже по цифрам видно: там явная смесь данных по разным услугам, и выделить из нее МГ/МН-связь невозможно. Чем это вызвано, понятно: каждая публичная компания заинтересована в представлении хороших экономических показателей. Поэтому часто бывает так: компания выходит на новый сегмент рынка, где намерена заняться демпингом, и ради получения хороших показателей часть расходов по этому сегменту она вполне может выносить в статьи расходов по другим, высокодоходным, сегментам.


Отследить это никак невозможно. Несколько лет назад министерство рассылало операторам требования по ведению раздельного учета. Что из этого получилось? Поскольку единой методологии ведения раздельного учета нет, каждая компания выбирает выгодную ей методику. Формально нарушений нет, но данные по-прежнему «переползают» из одной статьи в другую, и в результате итоги деятельности разных операторов даже сравнить невозможно по публикуемым статистическим показателям.


Я даже не знаю, что делать с двойным счетом. Самая правильная оценка рынка (я говорю про МГ/МН-связь, которая мне ближе) – сколько потребитель выкладывает денег за услуги связи. Именно потребитель. А дальше мы смотрим абонентские доходы операторов фиксированной междугородной и международной связи. Операторы же сотовой связи в услуги радиотелефонной связи могут, на самом деле, что угодно записывать. Ведь как они выделяют МГ/МН-связь? Трафик у них один – хотя и междугородный, но внутрисетевой. То есть реально потребитель платит за междугородную связь, хотя эта услуга оказана внутри сети. Но абоненты одного сотового оператора могут звонить абонентам другого сотового оператора. И получается: один трафик прошел по своей сети, он считается как радиотелефонная связь. А если, скажем, звонок из сети «Билайна» в сеть МТС – это, вообще говоря, междугородный трафик, но входит он в статистику МГ/МН-трафика или нет, – мы не знаем на самом деле.


Дальше: трафик, который, например, в нашу сеть (или в «Ростелеком», или в «Голден Телеком») сотовые операторы отдадут. Они могут записать этот доход как доход от абонента, а мы записываем доход от межоператорского трафика. Но это все часть тех денег, которые реально заплатил абонент. Когда мы начнем всё это складывать, получается, что сумма реально больше той, что заплатил абонент. А вот насколько больше, оценить довольно сложно. Мы используем определенные методики оценки рынка транзитного, рынка конечного, – но четкой методологии нет, и из статистики это «вытащить» нельзя. Вот в чем самая большая проблема сейчас, с нашей точки зрения.


Мне кажется, всё-таки нужно статистику делать в соответствии с классификатором услуг, как это министерство предполагает. Понятно, что потом Росстат, который на самом деле с задержкой в два года дает информацию (сейчас справочник вышел за
2005 г., это уже дико устаревшие данные, никому не нужные на самом деле), будет на них опираться. Но тут я вижу проблему: классификаторы – тоже вещи подвижные, и не получится ли так, что сейчас классификация такая, в следующем году другая, и опять скажут: давайте все формы поменяем!


Если, например, сделать классификатор по лицензии МГ/МН, это прояснит ситуацию в фиксированной связи. Но с радиотелефонным трафиком так не получится. Там вопрос остается – как считать внутрисетевой трафик. Фактически сотовики сейчас рассматривают эту сеть как наложенную. Они имеют право пропускать междугородный трафик внутри своей сети как хотят, она не считается междугородной. Раньше как было: наложенная сеть не может присоединяться к сети общего пользования. А у них фактически получается так: сеть, с одной стороны, наложенная, а с другой стороны, сеть имеет стыки с другими сетями. Деньги платят абоненты, которые обмениваются голосовым трафиком, то есть услуга для абонента есть. Условно говоря, оператор сотовой сети может: 1) отправить трафик по своей междугородной сети, 2) отдать трафик в нашу сеть другого оператора МГ/МН (может через десять сетей ее пропустить). Поэтому и возникает вопрос, особенно когда речь идет о долях, которые занимают те или иные операторы на том или ином рынке: а что называть здесь рынком? Статотчетность не появляется, а рынок на самом деле есть. Раз трафик идет, – значит, рынок есть. Но его нельзя так просто посчитать в деньгах.


А. ТружениковА. Тружеников, "Ростелеком", менеджер по стратегическому маркетингу: Я согласен с выступающими, которые говорят о том, что договориться чрезвычайно сложно. Поскольку формы, действительно, сложны для заполнения, – первичны, мне кажется, всё-таки инструкции по заполнению. Какую возможность выхода из ситуации я вижу? Если в основу всех расчетов закладывать именно потребление услуг конечными потребителями, то, наверное, можно будет исключить двойной учет. Потому что в любом случае все эти операторские перепродажи, пропуски трафика и т.д. замыкаются на конечного потребителя. Если будет учитываться именно человек, потребляющий услугу, тогда можно будет приблизиться к некоему более или менее объективному объему и рынков. А дальше смотреть уже, какие есть ступени передачи, какие стадии пропуска этого трафика, какие стадии перепродажи и оценивать. Но в любом случае надо отталкиваться от конечного потребителя.


Мы, собственно, вот так своими силами и пытаемся построить модели расчетов рынка и по сегментам, и по регионам, где методом исследований или экспертных оценок и опросов пытаемся выстроить матрицу, исходя из конечного потребителя. В том числе "накладывая" операторский рынок на рынок конечных пользователей. Потому что у «Ростелекома» тоже достаточно много выручки от межоператорских услуг. Сколько денег можно заработать на межоператорском рынке, мы пытаемся выяснить, исходя из оценок объемов потребления в том или ином регионе именно в сегменте конечных потребителей. А дальше уже надо понимать потребности операторов, которые с этими абонентами работают, рассчитывая примерно потребности и возможности участия «Ростелекома» в этих процессах.


Н. ЧураевН. Чураев, «Скай Линк», директор по маркетингу:
Что касается сотовой связи, то адекватной оценки объема трафика лично мне найти не удалось. И мне кажется, что основных проблем две. Во-первых, отсутствие классификатора. Второе – абсолютно недостоверные сведения, которые дают все ведущие игроки рынка. Если посмотреть на те минуты и выручку, которые предоставляют компании МТС, «Билайн» («Мегафон» отдельно, это не публичная компания), то их американская отчетность в сравнении с данными министерства – вообще небо и земля. Чему верить – непонятно. Даже скажем так: о рынке Москвы не то что у операторов – у аналитиков неверное мнение. Поэтому необходимо как минимум ужесточать требования по предоставлению статистической отчетности.





С. ШавкуновС. Шавкунов, «ТрансТелеКом», начальник отдела мониторинга:
Как мы в «Транстелекоме» оцениваем свой рынок? Есть такая модель, как бы со стороны рынка: up-and-down. Вы сначала смотрите сверху на рынок (скажем, берете статистику), а потом берете отчет по конкретному сегменту и смотрите: совпадает или нет? Начинаете как бы снизу и путем нескольких итераций (учета межоператорского рынка, например) вы реально составляете четкую структуру рынка. И дальше уже с ней оперируете. Как аналитик, вы берете четкие данные, но для расчета этого рынка используется определенная методика. И соответственно каждый оператор, наверное, этот рынок рассчитывает под себя, в зависимости от того, какие услуги он оказывает, в каком сегменте он работает.


Всё-таки статистика должна предоставлять базовые данные. Вряд ли она нам даст понятие о рынке в целом, полностью закроет все наши вопросы. Т.е. работу аналитиков она не отменяет. И поэтому модели рынка на основе таких данных так или иначе придется разрабатывать.


И еще. Я хотел бы высказать крамольную мысль: коллеги, мы здесь собрались, чтобы лишить нас всех работы? Конечно, ничего подобного. На самом деле, если мы даже улучшим систему сбора статистики, то аналитик работы в компании не лишится. Наоборот, он будет просто более четко делать эти рыночные модели и соответственно появится более четкое понимание рынка у оператора, либо у инвестиционной компании, либо у внешнего аналитика.


Давайте разведем статистику и рынок. Статистика как раз является некой базой для расчета этого рынка. В статистике мы получаем формы учета чего-то, чего-то и чего-то. Если мы, например, говорим о рынке конечного потребления и межоператорском рынке, то, на мой взгляд, всё-таки двойной учет можно исключить. Если бы четко определить услуги абонентам и четко определить межоператорские услуги, то, получив статотчетность, вычтя из общей картины межоператорский доход, можно достигнуть четкого понимания, сколько реальный конечный потребитель заплатил на этом рынке.


Б. ГулидовБ. Гулидов, IDC, ведущий аналитик:
В нашей работе с телеком-рынком мы видим, насколько неэффективным получается анализ статистической информации. Практически невозможно оценить на основании данных Росстата, как формируется рынок, каков его потенциал. Когда к нам обращаются западные инвесторы, международные инвестиционные банки, то возникают вообще комичные ситуации. Они связаны даже не только с телекомом, а вообще со статистикой. Когда в одних данных есть информация о том, что, например, в России 73 млн домохозяйств, а другие данные дают сведения о 53 млн домохозяйств… Когда дело касается телекоммуникационной сферы, то данные Росстата воспринимают как информацию, априори заслуживающую доверия. А когда реально сопоставляют с рынком, то возникает очень много казусов.

                                                          

Подготовила Лилия Павлова

Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: