Rambler's Top100
 
Статьи ИКС № 09-10 2016
Валерий СТОЛЯР   08 ноября 2016

Закон нужен простой, понятный и однозначный

Каким должен быть закон, легализующий все направления телемедицины? Размышляет Валерий СТОЛЯР, глава центра телемедицины и дистанционного обучения НКЦ ОАО «РЖД», завкафедрой мединформатики и телемедицины РУДН.

Валерий СТОЛЯР

Есть четыре направления телемедицины. Первое – это дистанционные видеоконсультации в режиме «врач – врач» или «врач – медицинский работник». Сегодня их проводится много. Второе направление – это теленаставничество, мастер-классы известных врачей. Еще одно направление телемедицины – это классическое дистанционное обучение. И, наконец, четвертым направлением, вокруг которого за последние годы сломано множество копий, является так называемая домашняя телемедицина, по сути представляющая собой телеконсультации «врач – пациент».

Первые три направления вполне успешно развиваются в рамках правового поля – действующего закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» (№ 323‑ФЗ) и закона об образовании. Для того чтобы ввести в эти рамки четвертое направление телемедицины, Минздравом России, а также экспертами ИРИ и ФРИИ разработаны два законопроекта с поправками в закон № 323-ФЗ, обсуждение которых депутатами нового созыва может состояться довольно скоро.

Чего не хватает и что лишнее

Телеконсультации, телеконсилиумы врачей и медицинских работников – это основное направление телемедицины, которое имеет смысл сегодня развивать и законодательно поддерживать.

На мой взгляд, оба законопроекта готовили грамотные юристы и неравнодушные люди, заинтересованные в развитии телемедицины в нашей стране. Однако заметно, что они не практики и, к сожалению, не ознакомились с проектом новой Концепции развития телемедицины в России на 10 лет, которую профессор Борис Кобринский, я и ряд коллег-практиков подготовили для Минздрава в прошлом году (эти материалы обсуждались в регионах и в федеральных центрах).

Самое главное замечание – оба законопроекта перегружены деталями. Для сравнения: декрет о телемедицине, принятый во Франции, занимает три листа и содержит главным образом определения. Подготовленные Минздравом, ИРИ и ФРИИ законопроекты по объему в несколько раз больше. Но, как показывает опыт, чем больше разработчики таких документов углубляются в детали, тем выше для них риск не увидеть ту или иную большую проблему или предположить возможность ее возникновения. А поскольку законопроекты о телемедицине готовили люди, не имеющие большого практического опыта организации плановых и экстренных телеконсилиумов для сложных больных, то понятно, что таких проблем может оказаться не одна.

Как преподаватель телемедицины с большим стажем, я стараюсь, чтобы мои лекции были простыми и понятными и не допускали неоднозначного толкования. Такого же подхода я жду от разработчиков закона, который будет регламентировать развитие всех направлений телемедицины. Однако, читая представленные законопроекты, я, более 20 лет занимающийся применением телемедицинских технологий в клинической практике и обучении, не могу понять, как некоторые вещи интерпретировать.

Как преподавателя меня интересует и возможность дистанционного приема экзаменов, а не только чтения интерактивных лекций. Также меня интересует законодательное закрепление телеконсультаций «врач – пациент». Какие задачи мы решаем, если допускаем их проведение? Мы хотим контролировать (мониторировать) состояние пациента? Или можем назначить или изменить ему дозировку медикаментов?

Осуществление мониторинга и сегодня не запрещено – при условии защиты от утечек информации. Для этого новый закон не нужен. Врач будет полученные данные анализировать, чтобы вовремя увидеть признаки ухудшения и позвонить абоненту: «Срочно приходите ко мне на прием!». В ходе мониторинга грустно понимать, что у пациента может наступить остановка сердца, и не иметь права рекомендовать лечение – только вызвать скорую помощь. Отдельный вопрос – юридическая ответственность пациента за предоставление недостоверной информации в ходе таких телеконсультаций. Мы ждем, что новые документы должны дать на него ответ, поскольку действующее законодательство не защитит врача в случае проблем с пациентом.

Что делать

Я бы предложил, во-первых, сократить текст будущего закона, дать в нем основные определения и по каждому из четырех направлений телемедицины четко прописать, что разрешено, а что нет.

Для первого направления можно дать определение телеконсилиумов и телеконсультаций, не перечисляя все поводы, по которым два врача решили поговорить о пациенте. Уже много лет я учу студентов из разных стран мира готовить, проводить и документировать телеконсилиумы согласно определенному регламенту. Они знают, что на этапе подготовки необходимо обозначить цель консультации, сформулировать вопросы врачу-консультанту, а также перечень материалов (результатов исследований), которые ему планируется показать и т.п. Часть наших наработок создатели законопроектов при желании могли бы взять на вооружение.

Во-вторых, на мой взгляд, в законе нужно дать однозначное определение оставшимся трем направлениям телемедицины и перечислить требования к ним, чтобы специалистам и неспециалистам стало понятно, что это такое и для чего служит.

В-третьих, если идти по пути легализации «домашней» телемедицины, то нужно четко указать в законе, что врачам делать можно, а что нельзя, начиная с ключевых вопросов – разрешено ли дистанционное назначение лечения и какова ответственность врача и пациента в ходе их взаимодействия в данном проекте.

Все остальное, включая вопрос об источниках финансирования телемедицины, можно детализировать позже, в подзаконных актах. И если мы сократим объем закона и дадим четкие ответы на ключевые вопросы, то, наконец, получим закон, который будет понятен и полезен для всех. 

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!