Rambler's Top100
 
Статьи ИКС № 03-04 2017
25 апреля 2017

Александра ЭРЛИХ. Обратная сторона холода

Одесситка, эмигрантка, иностранка, руководитель немецкого бизнеса, участник восточноевропейского и российского рынков инженерной инфраструктуры. Что кроме очевидно необходимой силы воли, крепости характера и высокой личной энергоэффективности выводит такую жизненную траекторию? Александра ЭРЛИХ, генеральный директор Cabero War­me­tau­scher Osteuropa GmbH, не скрывает оборотной стороны удачи.

Я росла в двух мирах

Александра ЭРЛИХ, генеральный директор Cabero War­me­tau­scher Osteuropa GmbH

– Один мир – в одесском дворике на Молдаванке, в котором все дети были общими внуками, и моя мама знала, когда я пришла из школы и сколько играла на пианино. Родители очень старались занять мое свободное время: музыкальная школа, изостудия, танцы, плавание. Но время на казаков-разбойников и беготню по крышам все равно было! С другой стороны, мои родители были из той самой советской духовной диссиденции: шепот на кухне, чтоб не прослушали, самиздат. Смесь этих двух разных культур здорово помогает по жизни. Позволяет себя чувствовать уверенно в любом обществе. Тот опыт, которого, к сожалению, у моего ребенка нет.

Папа был холодильщик, главный инженер одесской фабрики мороженого. Но это не означало абсолютного детского счастья – мама моя, к слову, инженер-криогенщик, сторонница здорового образа жизни, поэтому мороженое я видела редко – то оно холодное, то жирное, то миллион других причин.

Я была отличница, золотая медалистка, учителя меня любили, прощали легкие проявления бунтарства. С учителями мне повезло. Учитель русского привила мне любовь к Маяковскому и кофе. Преподаватель музыки помогла преодолеть страх публичных выступлений. Я формируюсь до сих пор, всегда есть яркие люди, у которых есть чему учиться. Пока живу, стремлюсь двигаться вперед. Застой – не самое лучшее состояние.

Одесситка с молдаванки

При этом мне важно, покидая очередную «станцию» жизни, остаться с ее обитателями в добрых отношениях. Не всегда, к сожалению, получается.

Академия холода

Где бы еще я испытала такое: подкинешь в воздух сумку и не боишься за нее, понимая, что подхватят, будут за нее драться и будут тащить за тобой – на нашем потоке в Одесской академии холода из ста студентов было всего четыре девочки, и все красивые.

Одесская академия холода – признаться, выбор родителей. Мне-то всегда хотелось творить: писать музыку, стихи, рисовать, заниматься модой. Но на мой отъезд из Одессы на учебу было наложено абсолютное родительское табу. В 17 лет еще не понимаешь, чем хочешь заниматься в жизни. Выбор теплофизики в качестве профессии – наверное, судьба. Несколько раз хотела уйти из этого бизнеса, но жизнь упорно возвращала в мир климата, холода и теплообмена.

Отъезд

Честно, я не хотела уезжать. Это был 2001-й, семейный совет, мои родители, мой муж. Осталась в абсолютном меньшинстве. Провожанку делали два дня, поскольку квартирка была небольшая, а более ста человек захотели с нами проститься. Сейчас, после тяжелых событий на Украине, понимаю, что отъезд был не самым плохим решением.

Многие мне не поверят, но приезжая в Германию как эмигрант, ты попадаешь на социальное дно. К тебе относятся как к человеку четвертого-пятого сор­та. Иностранное образование в Германии не ценится. Поэтому сцепила зубы и закончила Билифельдский университет по специальности «внешняя торговля» – все равно для развития требовались экономические знания. Первые три месяца – ежедневные головные боли из-за языкового напряжения, страх, что не получится, что взяла на себя слишком много.

Сегодня на немецком могу и ругаться, и флиртовать, у меня легкий акцент, по которому не определить мое происхождение.

Блиц.      Чашка кофе на пирсе

– Александра, чего не выносите?

– Одиночества. Мне очень тяжело быть одной. Если я не работаю, у меня вдруг выдалась пауза и я одна – паника. Просто люблю людей. Люблю, когда их много. Готова дружить со всем миром.

– Чего ждете от мужчины – коллеги, друга, любимого?

– Порядочности. Знать, что на него можно положиться. Если мы поговорили о чем-то серьезном, то это останется между нами, не разойдется по рынку. Еще чувство юмора. Важно общение. Во взрослом возрасте чувства приходят через общение. Внешность – бонус, если повезло. Внешность важна первые полчаса общения. Человек должен быть симпатичен душой. С ним должно быть легко и комфортно.

– На что не хватает времени?

– На семью. Сын – студенческий ребенок, на него не хватало времени, этого не вернешь. Мы пытались влиять на выбор его профессии, но характер у него мой . Сменил несколько университетов, специальностей, сегодня занимается дизайном компьютерных игр. Стал довольно успешным, возглавил команду. Параллельно пишет диплом в Билифельдском университете, который заканчивали его мама с папой. Он свой в новой стране. Я горжусь человечком, которого воспитала.

– Что бы вы еще хотели сделать в жизни?

– Я немножко пишу. Когда есть время. Это разрядка, психотерапия для меня. Пишу вне жанра, по-русски – меня воспитывали на русском литературном языке. Мама запрещала мне дома говорить «по-одесски», хотя я обожаю этот язык. В Одессе жили полсотни национальностей, каждая из них привносила в язык что-то свое – «одесский» родился из смеси этих языков, я им наслаждалась, впитывала его в себя. Хотелось бы возродить язык и культуру моего родного, невероятно солнечного, знойного, сочного города, сохранить для будущих поколений.

– Что еще доставляет удовольствие, кроме работы?

– Путешествия. Это может быть короткая поездка на пару часов к одному из пяти мюнхенских озер, с чашкой кофе на пирсе и Альпами на горизонте. Может быть поездка на несколько дней в Италию (это недалеко, как из Москвы по пробкам на дачу). Я бы очень хотела в Азию, но на такую поездку нужно две-три недели, столько свободного времени у меня нет.

– А если не уезжать из дома?

– Я коллекционер. В разное время разные увлечения. Сейчас – вино, красное, сухое, которое заставляет с собой считаться. Это испанские, итальянские, французские, грузинские вина. Расстраивают крымские вина. С детства помню, что это было очень хорошее вино. Но то, что сейчас продается в магазинах в Москве...

–...Сильно отличается от того, что продается в Крыму, – есть достойные и красные и белые вина. К сожалению, под теми же марками в московских супермаркетах...

– Вы подсказали мне цель моего следующего путешествия J.

Женщина и иностранка

Проблема эмиграции уходит, когда начинается профессиональная деятельность, рост. Это способ выйти из эмигрантского круга.

Так получилось, что в Германии я стала оплотом семьи, ее законным и признанным лидером. Для Одессы типично, что женщина глава семьи. Германия в этом смысле шокировала меня своей восточной дикостью. Именно в этой стране меня спрашивали: вы работаете потому, что не замужем? или ваш муж – инвалид? есть у вас разрешение мужа на работу? В Баварии до сих пор удел женщины – три доисторических «К». Еще не так давно женщина должна была брать письменное разрешение у мужа или отца, если хотела работать. С другой стороны, преодолевая «достижения» западного феминизма, приучила западноевропейских коллег, что передо мной надо открывать дверь, мне нужно подвигать стул, мне нужно помочь надеть верхнюю одежду.

Даже в России в холодильном бизнесе доминируют мужчины. В Германии всего несколько женщин работают в этой сфере. Генеральный директор – одна я. И это накладывает свой отпечаток. В профессии надо быть на две головы выше других, чтобы тебя признали равной, – женщина, да еще иностранка! Преодолев этот высокий барьер, начинаешь пользоваться невероятным количеством бонусов и симпатий, потому что у мужчин появляется ощущение: «наша».

А вот перед новыми людьми заново приходится подтверждать свои полномочия. На недавней конференции в Казахстане, где как инженера меня принимали беспрекословно, в разговорах порой повисала пауза. Спрашиваю: «В чем дело?». Мне: «О делах с кем говорить, мужчина где?».

Моя батарейка

У меня есть батарейка, человек, с которым, наверное, мне больше всего в жизни повезло: мой муж. Человек, который всегда на моей стороне, без которого я бы не сложилась, как есть. Могу прийти домой и расплакаться, когда кажется, весь мир против меня, могу впасть в депрессию на пару часов. Оттуда вытягивает он. И вода.

Я выросла у моря, море – огромный источник энергии, его не хватает. Неподалеку от Мюнхена есть горная река и озера. Когда совсем плохо – в машину, садишься у воды и – расслабляешься.

Что теряла

Что теряла, поднимаясь по карьерной лестнице? Мягкость и легкость. Стала более жестким человеком, более циничным, критичным и, наверное, нетерпимым. А вот чтобы мне хотелось вернуть... Нет, не наив­ность, розовые очки не нужны. Умение прощать, если человек просит прощения.

Самый жесткий и справедливый упрек прозвучал от моего сына, когда ему было пятнадцать: «Ты женщина, которая, приходя домой, спрашивает «как у тебя дела?» и уходит не слушая ответа». Стараюсь работать над собой. Стать мягче, добрее, терпимее – мои личные задачи на ближайшее время. В последние годы мир стал строго черно-белым – хочу вернуть полутона.


Записала Наталия КИЙ 

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!