Rambler's Top100
Статьи ИКС № 01-02 2013
Наталия КИЙ  29 января 2013

Информационное Общество-2012. Искусство масштабирования

Есть у нас информационное общество или его нет? – вопрос сродни «есть ли жизнь на Марсе». Смотря что считать жизнью и что считать информационным обществом. Ушедший 2012-й добавил немного определенности в ответ на этот вопрос.

Наталия КИЙ, главный редактор журнала «ИКС»Вокруг ИО сегодня замешано многое – помимо благополучия и комфорта человека, конечно: политические амбиции, карьерный рост, технологические достижения, госзаказы, судьбы бизнеса, безопасность граждан и государства.

Возьмем, к примеру, новую структуру профильного ведомства – Минкомсвязи, появившуюся на седьмой месяц работы новой администрации. Здесь из 12 департаментов четыре так или иначе заняты регулированием информатизации: департамент проектов по информатизации, департамент координации информатизации, департамент развития электронного правительства, департамент развития отрасли информационных технологий. При том что базовая связь вошла частью в департамент госрегулирования радиочастот и сетей связи, а департамент телевидения в структуре министерства не представлен.

Масштаб понятен. Жаль только, в последние месяцы слышишь на иных профессиональных сборах, что функцию Минкомсвязи по построению заветного ИО временно выполняет, ну скажем, Комиссия Совета Федерации по развитию информационного общества.

А сколько общественных организаций создано на полях строящегося завтра! Российское агентство развития ИО, Фонд информационной демократии, Фонд содействия развитию технологий и инфраструктуры сети Интернет, Институт электронного государства... Трудно не согласиться с директором последнего, Сергеем Юркевичем: «Электронное правительство переходит в PR-сферу  – больше анонсов, а не результатов». «Не надо бравурных отчетов. Надо взглянуть на ситуацию честно – шила в мешке не утаишь», – как будто поддерживает коллегу Алексей Попов, президент ОАО «Универсальная электронная карта» и вице-президент Сбербанка России. «От ушедшего года противоречивые впечатления. У нас, как у Чебурашки: строили, строили и наконец построили», – шутил в Домжуре, на итоговой пресс-конференции 2012 г., Руслан Гаттаров, председатель Комиссии по развитию ИО Совета Федерации.

Когда чиновники нарушают закон

Действительно, впечатления неоднозначные, масштабируются от минуса к плюсу – как посмотреть. Система межведомственного электронного взаимодействия, уже многократно «отрапортованная» и переносившаяся с июля 2011 г. на июль 2012 г., сокращавшаяся до марта, а потом снова переносившаяся, должна заработать с января 2013-го. Иными словами, начать оказывать услуги людям. С июля СМЭВ вступила в действие на региональном уровне, последней подключилась Чукотка, где были проблемы с транспортными каналами связи. По данным вице-президента «Ростелекома» по инновационному развитию Алексея Нащекина, сегодня в системе совершается более 0,5 млрд транзакций. «Минсвязи и "Ростелеком" оказывают услуги органам власти, а не гражданам, – комментирует А. Попов. – Граждан не система межведомственного электронного взаимодействия волнует, а то, что не надо справки по ведомствам носить. Только 5% справок от нужного количества регионы запрашивают у федералов. А 95% по-прежнему носят граждане».

Когда чиновники требуют справки с населения, они нарушают закон из-за того, что не работает СМЭВ, считает Р. Гаттаров. Он расценивает ситуацию с системой межведомственного электронного взаимодействия как «не очень хорошую» и пеняет профильному ведомству: «Минкомсвязь в последние два месяца создала рабочую группу и начала работать. Поздновато, надо было делать в июле, когда стало понятно, что будут проблемы».

Похожая история

с универсальной электронной картой, на которую никто уже и не рассчитывал. А в декабре было все же объявлено, что с 1 января 2013 г. начинается выдача УЭК по заявлению граждан. Как рассказывает сенатор Р. Гаттаров, проект УЭК, несмотря на законодательное закрепление, был на грани отмены, пока его не возглавил А. Попов. Предназначение УЭК – хранить, предоставлять информацию о ее пользователе (в том числе электронную подпись) и обеспечивать ему доступ к государственным и муниципальным услугам. Деньги в проект вкладывают исключительно акционеры, по плану он должен окупиться в течение пяти лет.

Возможность воспользоваться единой платежно-сервисной системой в виде УЭК предусмотрена законом «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» начиная уже с 1 января 2012 г. Однако на середину декабря 2012 г. было выдано только 10 тыс. таких карт, и то в пилотных регионах. Кроме того, Ивановская, Магаданская и Саратовская области могут сорвать сроки выдачи УЭК. По прогнозам летом 2013 г. эмиссия карты достигнет 5 млн штук. Сейчас рассматривается вариант применения УЭК при электронном страховании, а в будущем на нее можно будет занести водительское удостоверение и полис ОСАГО. «Карточки не отменяют действующего порядка вещей и существующих бумажных дел. В случае утери карты понадобится около 10 дней и 500–600 рублей на ее восстановление», – рассказывает А. Попов.

Выдача населению электронных карт будет способствовать развитию рынка считывающих устройств, ридеры станут дешевле. При этом централизованного госзаказа на них не предполагается.

В целях защиты информации данные граждан распределены по картам и конкретным системам, общей базы данных не предусматривается. Универсальная электронная карта выдается на пять лет. Следующим за ней шагом информатизации станет электронный паспорт.

Самая отстающая

отрасль в плане оказания электронных госуслуг сегодня – здравоохранение, где информатизация, на которую выделено около 30 млрд бюджетных рублей, очень далека от конечной цели – создания единой государственной информационной системы (ЕГИСЗ). По сути на пользовательском уровне информационное общество в медицине ограничивается электронной записью на прием к врачу. А ведь есть еще «центральный архив медицинских исследований», «удаленные консультации», «амбулаторные карты» и т. п.

Новые сервисы легко проверяются гражданами. Кому-то, знаю, везет. А кому-то – нет.

«Проверено на себе» – от Ильи Массуха, недавнего замминистра Минкомсвязи России, а ныне – президента Фонда информационной демократии:

– Записался на прием к врачу через Интернет, по электронной записи. Пришел в поликлинику. А мне в регистратуре говорят: «Записался в Интернете? Там и лечись».

«Ни разу руководство Минздравсоцразвития не дало однозначных, внятных пояснений, что мы строим. В регионах готовность выше, чем на федеральном уровне», – комментирует Р. Гаттаров.

Ситуацию в здравоохранении на ментальном уровне можно объяснить так: врачи ничего не понимают в информационных технологиях, айтишники – в медицине, договориться и понять друг друга трудно. Сюда же добавляют высокий уровень коррупции в сфере здравоохранения, неразворотливость и незаинтересованность руководства, отсутствие конкуренции. Попытки информатизации больше сводятся к компьютеризации бухгалтерии, медстатистики, отчетности, реже добираются до диагностики и лечения.

Единый подрядчик электронного правительства «Ростелеком» внедрил свои решения в сфере здравоохранения в 31 субъекте Федерации. Заключив госконтракты на создание электронной регистратуры и интегрированной электронной медкарты в феврале 2012 г., он уже в первой половине того же года сдал первый этап разработки этих федеральных сервисов ЕГИСЗ. Система способна объединить медучреждения в единой сети с общей базой историй болезни и с электронной записью на прием к специалистам.

Электронная регистратура и электронная медкарта, как и решения для других секторов экономики, – облачные сервисы, которые будут работать на национальной облачной платформе.

Один триллион рублей – в такую гигантскую сумму в целом по стране оценивает экономию от внедрения облачных сервисов А. Нащекин. «Благодаря облачным технологиям удалось сделать качественный рывок. Если бы использовались традиционные технологии, рывка бы не было», – считает он.

Самая провальная

история информатизации-2012 – без сомнения, свободное ПО. Об этом «ИКС» подробно писал в последнем номере прошлого года (см. № 12’2012, с. 42–45). Как известно, согласно Распоряжению правительства 2299-р, госорганы должны переходить на использование свободного ПО. Однако шесть пунктов из перечня работ по переходу были не выполнены в 2012 г., столько же – в 2011 г. (данные Российской ассоциации свободного ПО). При том, что создание Национальной программной платформы запланировано в госпрограмме «Информационное общество (2011—2020 годы)», руководители профильного ведомства публично подвергают сомнению принципиальную целесообразность такой работы.

Так нужно или не нужно? С одной стороны – национальная безопасность и, как говорят, независимость, поддержка российской ИТ-индустрии (80% систем, используемых в госорганах, можно в течение пяти лет перевести на СПО), с другой – технологичность, эффективность, удобство, производительность... Перечисления можно продолжать. Не в этом суть. Суть в том, что ситуация должна быть разрешена, молчаливый саботаж прекращен, а позиции заявлены, обоснованы и реализованы. Кто должен разобраться в проблеме и запоздало пересмотреть/переутвердить принятые решения, распоряжения и госпрограмму?

«Наша заочная перепалка с Минкомсвязи по поводу свободного ПО будет иметь продолжение. Мне предстоит разговор с министром Никифоровым. Для тех, кто занимается информатизацией в госорганах, это вопрос болезненный. В ближайшее время он будет вынесен на Открытое правительство», – пообещал в декабре глава профильной комиссии Совета Федерации Р. Гаттаров.

  

Масштаб информационного общества нужно мерить не только чиновными заявлениями, информационными вертикалями и даже не международными рейтингами (хотя так непривычно приятно, когда Россия в них растет!). Мерить нужно не сверху, а снизу – удобством и эффективностью личной и гражданской жизни человека из провинциальной трехэтажки. Тогда будет понятней, что такое это призрачное ИО.  

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!