Rambler's Top100
Статьи ИКС № 05 2014
Евгения ВОЛЫНКИНА  06 мая 2014

Multistakeholderism по-русски

Сеть интернет, ставшая не только глобальным социальным феноменом, но и большим бизнесом, просто обречена стать объектом государственного регулирования. но оно будет эффективным лишь при учете интересов всех участников игры.

Евгения ВОЛЫНКИНАИнтернет в России, как и во многих других странах, долгое время жил и успешно развивался без вмешательства государства. Регистрацию домена .RU в 1994 г., с которой началось существование Рунета, наше государство просто не заметило, но зато получение кириллического национального домена .РФ в 2010 г. стало проектом президентского уровня. В частности, к его запуску был приурочен Первый российский форум по управлению интернетом RIGF (Russian Internet Governance Forum). Для недавнего, уже пятого по счету, форума RIGF тоже нашлась достойная дата – 20-летие Рунета.

Юбилей не обошелся без отчета о достижениях российского интернета, и они действительно есть. Сейчас в зоне .RU зарегистрировано более 4 млн 935 тыс. доменов (и это 6-е место в мире среди национальных доменов), которыми владеют около 1,7 млн администраторов, 77% из них – физические лица. Плюс в зоне .РФ за почти 4 года ее существования появилось более 820 тыс. доменов, да еще в зоне .SU, оставшейся России в наследие от Советского Союза, имеется более 120 тыс. доменов. У российского интернета есть и другие успехи на международной арене: совсем недавно в руководстве ICANN появился наш человек – новым вице-президентом ICANN по работе с Россией, странами СНГ и Восточной Европы стал член Совета Координационного центра домена .RU Михаил Якушев.

Интернет-зависимая экономика

Во всем мире интернет тесно связан с экономикой, и Россия – не исключение. По данным исследований Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК) и НИУ ВШЭ, в 2012 г. связанный с интернетом сегмент российской экономики генерировал 1,3% ВВП (на 39% выше, чем в 2011 г.), при этом объем рынков контента и сервисов составил 563 млрд руб., а рынок электронных платежей – 268,7 млрд руб. Итоги 2013 г. еще не подведены, но, по прогнозам, суммарный оборот рынков Рунета должен достичь 1,0 трлн руб, или 1,7% ВВП, а объем экосистемы всех интернет-зависимых рынков – 5,2 трлн руб., или 8,5% ВВП, при этом численность занятых в интернет-зависимых сферах деятельности достигнет 1,3 млн человек (около 1,7% трудоспособного населения страны), т.е. эффективность интернет-сектора нашей экономики явно превышает средний уровень.

Конечно, немалую роль в становлении интернет-экономики сыграло развитие телекоммуникационной инфраструктуры страны. По прогнозам Минкомсвязи, РАЭК, аналитиков и крупных интернет-компаний, к 2016 г. число абонентов проводного ШПД достигнет 39,1 млн, что на 40% выше показателей 2012 г. По данным ФОМ, число активных интернет-пользователей в России уже достигло 56,3 млн человек, причем за 2013 г. этот показатель увеличился на 12%.

Понятно, что развитие инфраструктуры, обеспечивающей работу сети интернет, невозможно без поддержки государства, особенно в тех отраслях и регионах, где нет перспектив быстрой финансовой отдачи и, следовательно, рыночной активности коммерческих телекоммуникационных компаний. В качестве примеров можно привести известный проект интернетизации школ, резко увеличивший количество реальных интернет-пользователей в стране, и предстоящий проект обеспечения высокоскоростным интернетом (минимум 10 Мбит/с) всех населенных пунктов с численностью от 250 до 500 жителей, на который «Ростелекому» будет выделено из госбюджета 150 млрд руб. на 10 лет.

Законодательный зуд

Но государство отнюдь не ограничивается развитием инфраструктуры и в последние годы все активнее занимается созданием и изменением правил поведения не только для интернет-бизнеса, но и для рядовых пользователей. Как выразился заместитель министра связи и массовых коммуникаций Алексей Волин, «государство терпеливо дождалось совершеннолетия интернета и только после наступления совершеннолетия стало относиться к нему, как к взрослому». И теперь один за другим идут законы и законопроекты, предусматривающие самые разные меры по регулированию Рунета. С 1 февраля с. г. вступил в силу закон «О внесении изменений в федеральный закон „Об информации, информационных технологиях и о защите информации“» (№398-ФЗ от 28.12.2013, так называемый «закон Лугового»), позволяющий производить внесудебную блокировку сайтов «за экстремизм» по решению генерального прокурора или его заместителей. В числе грядущих нововведений – уже принятый 18 апреля с. г. во втором чтении пакет поправок в упомянутый закон «Об информации...» (№149-ФЗ от 27.07.2006), в числе которых есть законопроекты, предусматривающие приравнивание популярных блогеров к СМИ с введением соответствующих ограничений на их деятельность и обязывающие владельцев сайтов с пользовательским контентом хранить всю информацию о действиях своих пользователей в течение 6 месяцев.

И это, судя по всему, только начало: как отметил нынешний заместитель губернатора Челябинской области Руслан Гаттаров, до недавнего времени – председатель комиссии Совета Федерации по развитию информационного общества, в этой должности занимавшийся Рунетом, в 2014 г. российское интернет-сообщество почувствует еще большее внимание со стороны государства, а к 2016 г., как он полагает, в Госдуме наконец-то появятся люди, разбирающиеся в интернете, и вклад в это понимание проблем интернета должно внести само интернет-сообщество. Хотя, вообще-то, интернет-сообщество, наверное, больше бы устроила перестановка указанных процессов во времени: сначала в Госдуме должны появиться люди, разбирающиеся в интернете (или хотя бы прислушивающиеся к мнению профессионалов), и лишь потом государство могло бы начать «оказывать внимание» интернет-сообществу. Но такой вариант выглядит логичным, только если государству действительно интересно мнение интернет-сообщества. Однако опыт самого интернет-сообщества показывает, что это не так: по словам руководителя отдела стратегических разработок РАЭК Ирины Левовой, участие специалистов РАЭК в обсуждении проекта так называемого «антипиратского закона» («О внесении изменений в законодательные акты РФ по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях», № 187-ФЗ от 02.07.2013), ФЗ №139 от 28.07.2012 «О внесении изменений в ФЗ „О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию“ и отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу ограничения доступа к противоправной информации в сети Интернет» и блока поправок к статье 12.53 4-й части Гражданского Кодекса об ответственности интернет-провайдеров за использование интеллектуальной собственности оказалось чисто формальным: мнение РАЭК было проигнорировано, а реального обсуждения по сути не было.

Драйвер и тормоз

При этом государство, судя по всему, искренне считает себя большим благодетелем Рунета. Как заявил секретарь комиссии по развитию информационного общества СФ РФ Александр Шепилов, российский домен .RU не занимал бы 6-го места в мире по массовости, если бы права интернет-пользователей и интернет-бизнеса действительно ограничивались. Вот только указанная связь между количеством интернет-доменов и свободами пользователей представляется довольно сомнительной. Развитие интернета – это общемировой процесс, и ставить его себе в заслугу по меньшей мере странно. И еще неизвестно, какой была бы статистика Рунета, если бы государство своими действиями не выталкивало российских сервис-провайдеров и блогеров на интернет-площадки, расположенные за пределами страны (создавая тем самым преференции зарубежным компаниям), благо что поменять дислокацию в интернете не представляет больших проблем. Да и пользователей интересует не подключение к проводам как таковое, а доступ к любой интересующей их информации посредством интернета.

По подсчетам правозащитной ассоциации АГОРА, приведенным руководителем ее проекта по защите свободы интернета Дамиром Гайнутдиновым, с 2008 г. представители государства выдвинули не менее 150 самых разных предложений по законодательному или нормативному регулированию отношений в интернете, среди которых не было ни одного, которое бы так или иначе гарантировало или закрепляло права и свободы пользователей на получение и распространение информации в сети. Наоборот, все они предусматривали разного рода ограничения, в том числе расширение списка запрещенной для публикования информации, усиление ответственности пользователей, создание новых механизмов блокировки сайтов и т.п. Пусть не все эти «предложения» были реализованы в законах, но тренд действий власти очевиден – курс на фильтрацию контента и ограничение доступа к информации. В принципе все виды информации, недопустимой к распространению в России, перечислены в Конституции в статье 29, которая гарантирует в том числе свободу поиска, получения и распространения информации и запрещает цензуру. Свое стремление ограничить распространение информации в интернете государство объясняет большой потенциальной аудиторией глобальной сети: какое-нибудь клеветническое заявление в газете может прочитать 10 тыс. человек, а в интернете – 20 миллионов. Также часто можно услышать от тех же представителей государства, что интернет – это большая помойка, и это тоже повод для введения ограничений. Однако не надо считать интернет-пользователей неразумными детьми. Как заявил Ролоф Майер, исполнительный директор интернет-регистратуры Нидерландов (кстати домен .NL опережает по населенности домен .RU), нынешние пользователи, и в том числе молодые, состоянием умов которых так обеспокоено государство, весьма критично относятся к любой публикации, они ищут разные источники информации и сами в состоянии разобраться, где правда и где ложь.

  

Глобальный интернет вот уже много лет развивается по доказавшей свою эффективность модели, предполагающей участие в выработке решений всех заинтересованных сторон. Если российское государство хочет, чтобы меры по регулированию интернета действительно воплощались в жизнь, то ему стоит выучить, что означает английское слово multistakeholderism.

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!