Rambler's Top100
Статьи ИКС № 3 2005
Е. П. ВЕЛИХОВ  01 марта 2005

«Наша ниша – ПО-продукт высокого уровня»

Фактор хорошей математической школы, инженерного образования и тяги отечественного программиста к нестандартным решениям на мировом рынке всегда играет. Наша ниша не столько аутсорсинг, сколько законченный ПО-продукт высокого уровня. Такой, как, к примеру, делает «Люксофт» для «Боинга» или ПО для системы трехмерного проектирования CATIA, разработанное в рамках экспериментального проекта «Международный термоядерный реактор ИТЭР» стоимостью $2 млрд и получившее затем широкое распространение в авиационной и автомобильной промышленности, в энергетике и т. д.

ПО - индустрия как часть сектора IT – инструмент новой экономики. При ее активном участии современная экспортно-импортная модель должна постепенно трансформироваться в новую, имеющую совсем иные пропорции. Сегодня это ожидаемые решения в области создания специальных зон (внедренческих и промышленных) как зародышей экономики, основанной на знаниях. И есть надежда, что мы эту задачу решим.

Нужен устойчивый внутренний рынок

Мы значительно больше импортируем ПО, чем производим сами. Но ориентироваться исключительно на экспорт ошибочно. К тому же у нас нет индустриального подхода к производству сертифицированного ПО. Для программного продукта в нашей стране есть огромный потенциал спроса на внутреннем рынке. Россия без широкого использования IT во всех сферах хозяйственной жизни просто не сможет выполнять свои функции, а следовательно, и обязательства перед гражданами. ФЦП «Электронная Россия», хотя и решает реальные проблемы, сегодня, к сожалению, скорее лозунг.

Информационные системы должны быть доступны и органам власти, и населению, не говоря уже о науке, которая делает решительный шаг к интернационализации. Создаются транснациональные call-лаборатории, которые «питают» новейшими открытиями всех участников проектов. Скоро, например, будет запущен ускоритель элементарных частиц в Европейском центре ядерных исследований (CERN). Этот проект стоимостью несколько десятков миллиардов долларов расширит наше представление о составе вещества, о структуре космоса и Вселенной. Значительную часть работ в этом проекте выполняют российские ученые. Обработка экспериментальных данных будет идти в распределенном режиме, т. е. у стран-участниц «дома». Поток данных, по грубым оценкам, 10 Мбит/с. Тем, кто не имеет возможности влиться в эту мощную распределенную структуру, отводится роль «чернорабочих».

Интеллектуальная жизнь человека все больше зависит от возможностей доступа к информации. Пример того, как можно изменить свою жизнь в провинциальной России, – Переславль-Залесский, где почти в каждой квартире Интернет, информатика – с детского сада, международный компьютерный лагерь. Генерируемые внутри города информационные потоки намного выше внешних. Инициатива сотворения чуда воплотилась благодаря совместным усилиям Института программных систем РАН и горожан. Москва – всего лишь «привесок» к России. На периферии поднимаются информационные города, где уже действуют IT-технопарки, – Пущино, Троицк, Шатура …

Еще раз хочу подчеркнуть, что без большого и устойчивого внутреннего рынка ПО успешно работать на международном нам не удастся. Да, сегодня приоритет отдан экспорту. Но это скорее вопрос тактики. Отечественные разработчики должны иметь под ногами родную почву, часть рынка. Имидж, репутация, а следовательно, и обкатка продукта – в России. Только тогда можно конкурировать на мировом рынке.

Для нужд науки необходимо иметь гигабитные линии как внутри страны, так и за ее пределами. Самый красивый из реализованных международных проектов называется GLORIAD. Организаторы: США, Россия, Китай. Это глобальное 155-Мбит/с кольцо: Чикаго – Нью-Йорк – Амстердам – С. -Петербург – Москва – Самара – Новосибирск – Хабаровск (отвод на Владивосток) – Пекин – Гонконг – Сиэтл – Чикаго. Оно сопрягается с Grid-технологией.

Быстро развиваются и вычислительные средства. Недавно успешно завершился российско-белорусский проект «Скиф». Создан суперкомпьютер на 2,5 Тфлопс. К сожалению, Россия не проявила к нему интереса, хотя деньги-то небольшие – $0,7 млн за 1 Тфлопс. Зато проектом заинтересовался Казахстан. У нас есть технология, и за три месяца мы можем не только повторить модель, но и увеличить ее мощность до 15 Тфлопс. На повестке дня петафлопсы. Тут уже новая математика, где российский программист имеет большой шанс. Иными словами, IT-промышленность, опираясь на науку и используя ее достижения, может захватить этот достаточно емкий рынок. Я думаю, что государство сейчас должно найти средства и оснастить мощными компьютерами все крупные российские вузы и научные центры.

Формула технопарка

О своем видении технопарков расскажу на примере РНЦ «Курчатовский институт», созданного в свое время для нужд отечественной атомной промышленности. В конце 80-х мы начали диверсифицировать свою деятельность. Сегодня центр – это мировой бренд: 20 базовых институтов в области физики, химии, информатики и др. , 2 тыс. научных сотрудников, 3 тыс. обслуживающего персонала. Рядом с центром технопарк, в котором сейчас работают 102 частные фирмы. При такой организации в одной связке действуют три фактора: наука (включая фундаментальную), инженерия (какой продукт может быть создан без инженера?) и свободное предпринимательство. Думаю, что деятельность технопарка должна быть диверсифицирована по областям знаний. Большое значение имеет образование. У нас 16 базовых кафедр в крупных вузах Москвы и маленький собственный университет, есть лицей для особо одаренных детей, мы работаем в 100 школах района и округа, т. е. непрерывно готовим себе кадры. Конечно, модели технопарков могут быть разные. Московская не предполагает строительство жилья. Не уверен, что создавать технопарки только для IT правильно. В нашем разработка ПО составляет 30% общей выручки, планируем увеличить ее до 50 – 80%. Столица ограничивает размер парка. Для нас нормальная цифра – 20 тыс. чел., оборот – 100 млрд руб. , а следовательно, заработная плата сотрудника 1 млн руб. в год. В итоге 100 таких технопарков принесут государству 10 трлн руб. Это то, к чему следовало бы стремиться. Ждем закона об особых экономических зонах и пытаемся влиять, чтобы он не стал мертворожденным, как часто бывает. Дай Бог, чтобы он вообще испекся. Убежден, что льготы должны быть едиными для всех российских технопарков, а их модель – гибкой. Лучше следовать за живой жизнью, чем выстраивать приоритеты на бумаге.

Технопарк в идеале
  • Штат – 20 тыс. чел.
  • Оборот – 100 млрд руб.
  • Зарплата сотрудника – 1 млн руб. в год.
  • Итог: 100 технопарков принесут государству 10 трлн руб.




2 февраля 2005 г. Е. П. Велихову исполнилось 70 лет. Редакция журнала сердечно поздравляет юбиляра. Желаем Евгению Павловичу здоровья, вдохновения и творческого долголетия.
Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!