Rambler's Top100
Статьи ИКС № 08-09 2014
Алексей РОКОТЯН  02 сентября 2014

Как нам реорганизовать телефонию – 2

Как с помощью точечных изменений в регулировании развивать голосовые услуги и внедрять современные решения на сетях связи, не ломая сразу их традиционную иерархическую структуру?

Алексей РОКОТЯН, директор по аналитической поддержке взаимодействия с органами госвласти, «ВымпелКом», канд. техн. наукНесколько лет назад автор уже обращался к этой теме в большой работе на портале IKSMEDIA. К сожалению, справедливость критики нормативной базы, содержащейся в упомянутом онлайн-трактате, за прошедшие годы не уменьшилась. В то же время технологические изменения и трансформация бизнес-среды, о которых писалось в 2010-м, нарастали, и сегодня перемены стали насущной необходимостью. В частности, с появлением сетей LTE, принципиально построенных на базе «плоских» IP-сетей, вписывание неиерархической IMS (IP Multimedia Subsystem, IP-подсистема передачи мультимедийных сообщений) в нынешнюю «многоярусную» телефонию архиактуально.

Вопрос о том, как внедрять и развивать IMS, в апреле 2014 г. с подачи Минкомсвязи обсуждался в Ассоциации документальной электросвязи. В основу подготовленных АДЭ рекомендаций легли предложения автора, которому хотелось бы донести некоторые свои мысли до более широкой отраслевой аудитории.

Вместо предисловия

Российский телекоммуникационный рынок оказался зажат весьма неприятным противоречием, более острым, чем во многих других странах. Это противоречие между драматической несовременностью нормативной базы, которая поддерживает традиционную «канальную» телефонию в понимании 80-90-х годов и объективно требует изменений, и тем, что телефония (подвижная и фиксированная), подпертая этой нормативной базой, до сих пор является источником благосостояния и развития отрасли.

Надо отдать должное тем, кто формировал действующее регулирование в 2004–2005 гг. Они были, безусловно, талантливыми людьми. Хотя устарелость сооруженной ими конструкции бросалась в глаза уже тогда, сама конструкция, состоящая из множества художественно переплетенных нормативных актов, выстроена просто блестяще. Классификация услуг голосовой связи при лицензировании, их определения в правилах оказания услуг, правила присоединения и взаимодействия сетей электросвязи, требования к построению и пропуску трафика в телефонных сетях образовали такой клубок норм, что к нему до сих пор страшно подступиться. Любая попытка вынуть из этой конструкции хоть сколько-нибудь значимый элемент вызывает у многих обоснованное беспокойство, что вся конструкция рухнет и ценой этого события будут миллиардные потери доходов.

В результате операторы, с одной стороны, заинтересованы внедрять новые технические и бизнес-решения, никак не укладывающиеся в эту жесткую нормативную конструкцию. С другой стороны, они боятся, что ее тронут, поскольку потери от этого в живых деньгах могут оказаться более чем чувствительными, а изменения на уже почти не растущем рынке – не слишком благоприятными.

В этих условиях многие начали подозревать, что конструкцию проще оставить как есть, чем реформировать. Только надо придумать, как внедрять современные технические решения, объединяемые закрепленной в спецификациях 3GPP (начиная с релиза 5) архитектурой IMS и обеспечить возможность возникновения неиерархического IP-облака, также предоставляющего голосовые услуги сети общего пользования.

Однако, пожалуй, впервые публично на эту тему высказался в 2013 г. тогдашний советник министра связи Элдар Разроев. К сожалению, он сам погубил разумный подход, не додумав его до конца, но зато добавив в свои «Тезисы концепции развития мультисервисных сетей связи общего пользования Российской Федерации» множество идей, не связанных прямо с предметом. К тому же часть из них резко ограничивала конкуренцию и выдавливала с рынка многих весьма уважаемых игроков. Отрасль встала на дыбы, и проект «замерз».

Хотя идея мирного сосуществования двух «телефоний» (классической, «канальной», TDM и новой, IP и IMS), которые могли бы решить вопрос о своей судьбе чисто экономическим соревнованием, приходила в голову и автору тоже, именно выступления г-на Разроева подстегнули его размышления на эту тему, а действительно серьезный толчок дало обращение Минкомсвязи в АДЭ с упомянутым в начале статьи запросом рекомендаций, как обеспечить внедрение IMS в России. В результате и родилось предложение, суть которого хотелось бы изложить.

Да простится автору это пространное предисловие! ☺

IMS и «классика» – в чем разница?

Ключевой элемент сегодняшней ТфОП – узел связи, определенный в нормативных правовых актах (НПА) как «средства связи, выполняющие функции систем коммутации». Что такое система коммутации, нигде не определено, однако неявно под ней подразумевается то, что раньше называлось телефонной станцией – комплекс оборудования, позволяющий по определенной логике соединить два канала связи таким образом, что последовательное соединение ряда каналов и узлов коммутации в итоге образует соединение от абонента до абонента. При этом система коммутации (далее будем пользоваться привычным словом «коммутатор») выполняет три важнейших функции:

  • собственно коммутацию, т.е. соединение двух (или более) каналов;

  • обмен сигнальными сообщениями с абонентским терминалом и другими коммутаторами, что обеспечивает установление требуемого соединения «из конца в конец»;

  • управление процессом коммутации, что включает анализ адресной информации, содержащейся в сигнальных сообщениях, выбор направления, выбор занимаемого под устанавливаемое соединение канала связи, сохранение информации для последующей тарификации услуги, разрыв соединения и т.п.

В традиционных сетях связи с коммутацией каналов, на логике работы которых построена вся нормативная база ТфОП, все эти функции выполняются единым комплексом оборудования, расположенным, как правило, сосредоточенно.

Однако за время, прошедшее с момента появления цифровой техники, такой подход к построению голосовых сетей перестал быть единственным и уже признан мировым телекоммуникационным сообществом устаревшим. Современные спецификации 3GPP и ETSI, рекомендации МСЭ-Т серии Y исходят из совершенно другой архитектуры – распределенных IP-сетей последующих поколений (Next Generation Network, NGN), в которых функции собственно коммутации и управления ею разнесены как по разным устройствам, так и территориально. Функция управления коммутацией становится одной из функций управления услугами, которые предоставляются с использованием транспортной IP-сети. В свою очередь, транспортная сеть обеспечивает доставку до терминала абонента любых нужных этому абоненту услуг, не только и уже не столько традиционного голоса, но и практически безграничного множества иных сервисов.

Вместо привычной телефонной иерархии, построенной на принципах агрегации трафика (местная сеть – зоновая сеть – междугородная сеть – международная сеть), в современных сетях принята совершенно другая градация, функциональная: уровень доступа и транспорта – уровень управления сессиями – уровень услуг (приложений). Именно это и закреплено в концепции и архитектуре IMS (рис. 1). При этом традиционная коммутация реализуется на двух уровнях – доступа/транспорта и управления сессиями.


Логика построения IMS явно не укладывается в логику традиционного «канального» мира телефонии. Более того, поскольку архитектура IMS направлена на оказание пакета услуг (в том числе голосовых) абоненту, терминал которого подключен к сети оператора связи, «транзитные услуги», на которых построен российский рынок дальней связи, просто не поддерживаются этой архитектурой. Транзит как функцию передачи трафика между сетями архитектура IMS, конечно, поддерживает, но на транспортном уровне транзита IP-трафика без возможности аутентификации абонента, управления услугой и ее тарификации. То есть транзит трафика – безусловно «да», а вот «транзитная» услуга типа нашей услуги междугородной телефонии, когда один оператор подключил абонента, а другой оказывает ему какие-то услуги связи, – извините, нет.

Поскольку IMS становится де-факто стандартом телекоммуникационного оборудования, производимого в мире, то это еще один аргумент в пользу того, что в перспективе России придется поменять подходы к телефонному регулированию.

Таким образом, жесткая иерархия телефонной сети и существующие требования к их построению, регламентирующие расположение и взаимодействие узлов связи и точек присоединения, просто не позволяют сегодня экономически эффективно применять современное, высокопроизводительное и многофункциональное оборудование, ориентированное на распределенные сетевые решения.

Вернемся к важнейшему вопросу – как обеспечить сосуществование иерархической ТфОП и неиерархических IMS-сетей и совместное оказание ими голосовых телефонных услуг. В конце концов, мы прекрасно понимаем исходную точку (сегодняшняя жестко иерархическая телефония), понимаем, куда хотим придти (как минимум с технической точки зрения), – к неиерархической мультисервисной сети на базе IP, оказывающей весь пакет услуг электросвязи. Осталось только придумать, каким именно маршрутом попасть из точки А в точку Б с наименьшими потерями и наибольшим эффектом.

Переходный период

Решая поставленную задачу, хотелось бы не наломать дров, т.е. не нанести существенного ущерба сегодняшнему операторскому бизнесу, который, как уже отмечалось, во многом построен на голосовых услугах и опирается на действующие НПА. За 10 лет существования действующей нормативной базы операторы привыкли к иерархическому миру, выстроили бизнес-процессы с учетом этой иерархии и вытекающих из нее особенностей оказания услуг. И форсированный отказ от иерархии, скорее всего, не будет полезен для рынка.

Представляется разумным двухстадийный переход к светлому неиерархическому будущему: сначала переходный период сосуществования двух систем, а потом плавный переход к более перспективной неиерархической картине мира.

Внедрение архитектуры IMS на сетях общего пользования позволит:

  • обеспечить предоставление самых современных пакетов услуг абонентам сетей фиксированной и подвижной связи;

  • повысить эффективность инвестиций операторов связи в сетевую инфраструктуру;

  • повысить качество услуг связи, оказываемых абонентам.

Для этого необходимо устранить противоречия между технологическими возможностями архитектуры IMS и нормативными актами, регулирующими ее функционирование на сети связи общего пользования, с учетом оказания как голосовых, так и неголосовых услуг посредством IMS.

Сформулируем несколько ключевых положений, на которых базируется предлагаемая конструкция:

1. Поскольку классическая телефония – сегодняшняя кормилица отрасли, то в краткосрочной перспективе предлагаемые меры не должны менять ландшафт рынка. Только постепенно новая телефония должна показать свою более высокую экономическую эффективность по сравнению с традиционной.

2. Желательно решение, не требующее на переходный период кардинальной переработки действующей нормативной базы, – это очень трудоемкий и длительный процесс. Ради того, чтобы без него обойтись, можно согласиться на непринципиальные ограничения в использовании новых технологий, особенно с учетом предыдущего пункта.

3. Нужно найти возможность обеспечить взаимодействие жестко иерархической ТфОП с современными сетями связи, базирующимися на технологиях передачи данных (IP) и не имеющими явно выраженной иерархии.

Опираясь на эти положения, можно предложить компромиссную правовую конструкцию, позволяющую внедрить в практику современные архитектурно-сетевые решения, включая IMS, ценой ограничений, не убивающих преимущества современной сетевой архитектуры.

Напомним, что существуют несколько видов услуг голосовой связи, весьма близких с точки зрения потребителя, но разных технологически и с правовой точки зрения. В российских НПА они разделены на две категории: услуги телефонной связи (фиксированной и подвижной) и «услуги связи по передаче данных для целей передачи голосовой информации» (ПДГИ). Интернет-телефония относится к категории ПДГИ. При этом четкие определения услуг до сих пор отсутствуют. Только в проекте «единых» правил оказания услуг телефонной связи, который Минкомсвязь разрабатывает в настоящее время, удалось убедить регулятора дать следующее определение: «”услуга телефонной связи” – услуга электросвязи, обеспечивающая обмен голосовой и (или) неголосовой информацией, при которой для идентификации пользовательского (оконечного) оборудования или оконечных элементов сети телефонной связи, являющихся отправителями и получателями указанной информации, используются телефонные номера, входящие в ресурс нумерации телефонной сети связи».

Поскольку использование телефонной нумерации – критерий вполне понятный и легко проверяемый, то разумно в ближайшее время исходить именно из него. Если при оказании голосовой услуги сеть использует для организации соединения (сеанса связи) телефонные номера – мы имеем дело с телефонией, если адресную информацию (например, адреса SIP) – то услуга классифицируется как ПДГИ.

Суть предложения

Будем рассматривать целую сеть, построенную на основе IMS, как единый территориально распределенный узел связи телефонной сети, выполняющий функции коммутации одновременно на нескольких иерархических уровнях ТфОП. При этом требования, предъявляемые телефонными НПА к сети телефонной связи в части построения, организации точек присоединения и обязательных присоединений, порядка пропуска трафика, распространяются в переходной период на всю сеть связи оператора, в которой могут присутствовать как IMS-, так и не IMS-фрагменты. Это предложение автора было поддержано АДЭ и легло в основу документа, направленного ассоциацией регулятору.

Мы опираемся на тот факт, что действующие НПА регламентируют пропуск трафика между сетями связи, а также между узлами связи, образующими сети телефонной связи. В то же время внутри узла связи регламентация отсутствует. При этом новая редакция Требований к построению ТфОП, введенная в 2012 г. приказом № 284, открыла дорогу внедрению территориально распределенных узлов связи.

НПА требуют наличия узла связи в том или ином месте (поселении, субъекте РФ и т.п. в зависимости от уровня телефонной сети). Для сетей IMS предлагается считать это требование выполненным, если в указанном месте имеется шлюз, управляемый IMS. Это не означает, что шлюз рассматривается в качестве полноценного узла связи. Речь идет о выполнении существующих формальных требований к построению сети при использовании современной распределенной сетевой архитектуры. Наличие шлюза дает техническую возможность обеспечить все необходимые присоединения и подключения, а наличия устройств управления при каждом шлюзе требовать бессмысленно – это технически избыточно и экономически неэффективно.

С учетом существующих подходов к лицензированию и классификации телефонных сетей на переходный период предлагается рассматривать два типа сетей IMS – региональные и федеральные. Первые действуют на территории субъекта РФ, и оператор такой сети использует лицензии на местную и внутризоновую фиксированную телефонию и (или) на подвижную радиотелефонную связь. Вторые функционируют в пределах всей страны, и оператор задействует весь набор лицензий на фиксированную и, возможно, подвижную телефонию, включая междугородную и международную связь (рис. 2).

 

Поскольку сеть IMS по определению является мультисервисной, оператор при оказании услуг связи с помощью сети IMS вправе использовать и другие лицензии, включая услуги передачи данных (как без голосовых услуг, так и с ними), телематические услуги и пр. Эти услуги оказываются без ограничений в действующем в настоящее время порядке.

Таким образом, сети IMS имеют возможность эффективно развиваться в соответствии с международными спецификациями. При этом их взаимодействие с внешним «канальным» миром выстроено в соответствии с действующей телефонной иерархией и не предъявляет никаких дополнительных требований к существующим сетям.

Остается решить один принципиальный вопрос: могут ли две региональные сети IMS, работающие в разных регионах, осуществлять прямой пропуск телефонного трафика между собой? Понятно, что в техническом плане тут проблем нет. Однако на переходный период предлагается такой пропуск, противоречащий действующим НПА, не допускать. Соображений тут, пожалуй, два.

Во-первых, чтобы разрешить такой пропуск трафика, необходимо не просто переписать большое количество НПА, а поменять модель рынка услуг телефонии. Дело трудоемкое и долгое и, как уже отмечалось, рискованное для бизнеса многих крупных операторов.

Во-вторых, такое ограничение не является существенным по следующим причинам:

  • абонентам фиксированной телефонии оператор в любом случае обязан предоставить выбор оператора междугородной телефонной связи, что может потребовать выхода за пределы IMS-облака;

  • стоимость транзита IP-трафика между сетями IMS через федеральную сеть IMS в силу технологических особенностей минимальна (IP-транзит осуществляется без обработки телефонной сигнализации);

  • при наличии современных терминалов, подключенных к сетям IMS, использование телефонных номеров – не единственная возможность установления голосового соединения. Для организации таких соединений на сетевом уровне вполне можно задействовать не телефонные номера, а SIP-идентификаторы абонентов, что позволяет рассматривать услугу, замыкаемую внутри IP/IMS-облака, уже не как телефонную, а как ПДГИ. Механизм пересчета телефонных номеров в SIP-идентификаторы вполне очевиден.

Ну и что дальше?

Какие же могут быть последствия, если изложенные предложения будут приняты регулятором и положены в основу точечных изменений регулирования? Хочется подчеркнуть, что изменения потребуются именно точечные:

  • разработка правил применения средств связи, образующих IMS-сети, в качестве комбинированного территориально распределенного узла связи сетей телефонной связи от местных до международных;

  • введение в Требования к построению ТфОП оговорок, касающихся интерпретации сети IMS как комбинированного узла связи и того, как оценивается факт выполнения действующих требований при применении IMS.

И, по большому счету, все…

Итак, как могут развиваться события?

Очевидно, что операторы смогут достаточно эффективно и с минимальными ограничениями строить новые сети IMS или переводить на эту архитектуру действующие сети связи как сотовые, так и фиксированные. Такие сети будут полноценными мультисервисными сетями, а абонентам станут доступны самые современные пакеты услуг.

Можно быть уверенными, что экономически такие сети быстро покажут свою большую экономическую эффективность и привлекательность для клиентов по сравнению с существующими иерархическими сетями, ориентированными на канальные технологии. И доля последних, надо полагать, начнет достаточно быстро сокращаться.

Этот фактор вместе с объективной трансформацией рынка, снижением доли доходов от классической телефонии и ростом доходов от передачи данных и пакетов разнообразных услуг, оказываемых на основе IP-сетей доступа, в том числе сетей LTE, позволит в совершенно другой ситуации вернуться к вопросу о смене модели рынка телефонии.

Лет через пять, если развитие пойдет так, как описано выше, уже мало кто будет держаться за классическую телефонную иерархию, и отказ от сегодняшней «горизонтальной» модели рынка голосовых услуг, навязанной в ходе реформы регулирования 2004–2005 гг., произойдет практически безболезненно…  

Поделиться:
Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!