Rambler's Top100
Статьи ИКС № 03-04 2016
Евгения ВОЛЫНКИНА  25 апреля 2016

Стартапы рвутся в космос

Космическая деятельность долго была исключительной прерогативой государства, но времена меняются, и уже очевидно, что «Роскосмосу» пора налаживать взаимодействие с частным космическим бизнесом.

Кстати, самой упоминаемой персоной на выставке и конференции InSpace Forum 2016 – где обсуждались перспективы бизнеса, использующего космические технологии, – был небезызвестный Илон Маск. В 2002 г. он решил в 10 раз уменьшить затраты на космические полеты и на свои собственные $100 млн создал компанию SpaceX, которая занялась разработкой ракет Falcon и космического корабля Dragon. Уже через шесть лет компания подписала с NASA контракт на $1,6 млрд на 12 запусков к МКС. А совсем недавно Маск объявил о планах организации полета на Марс в 2020–2025 г.

У российского частного космического бизнеса такой амбициозной задачи нет, и упрекать их в этом сложно – такой Илон Маск существует, наверное, в единственном экземпляре. В России нет и инвесторов, готовых выложить $100 млн на космос, и их тоже в этом сложно упрекать. Но частники, рискующие ради будущего космического бизнеса существенно меньшими деньгами, есть, как есть и энтузиасты-инженеры, разрабатывающие космические «железки» и приложения. На «малый космос» работают и технологические тренды: появилась масса применений для миниатюрных спутников, которые можно разработать, построить и вывести на орбиту буквально за несколько месяцев, и снова актуальными становятся системы из десятков и сотен миниспутников.

ГЌ. Ñåâàñòüÿíîâ: В«”Ðîñêîñìîñó” áûëî ГЎГ» ïîëåçíî èìåòü ïàðòíåðîâ-÷àñòíèêîâ, êîòîðûå ïîìîãàþò ïîâûøàòü ýôôåêòèâíîñòü êîñìè÷åñêèõ ïðîåêòîâ»

В принципе довольно продолжительный опыт работы стартапов в космической отрасли в России есть. Как рассказал генеральный конструктор компании «Газпром космические системы» Николай Севастьянов,  все компоненты ее первого спутника «Ямал-100» были созданы полностью творческими коллективами, а ведь это первый в России спутник связи в негерметичном модульном исполнении. О качестве работы стартапов 90-х годов говорит хотя бы то, что спутник проработал больше заявленных 10 лет и был выведен из эксплуатации, только когда в нем закончилось топливо. Однако Н.Севастьянов подчеркивает, что сами спутники потребителям неинтересны – им нужны услуги, поэтому компания, нацеленная на космический бизнес, должна в первую очередь изучить потребности потенциальных пользователей и продумать организацию сервиса. Это касается и интернет-связи для отдаленных районов, и цифрового телевизионного вещания, и приложений дистанционного зондирования поверхности земли (ДЗЗ). При этом нужно учитывать, что цикл от идеи до запуска сервисов в эксплуатацию в космической отрасли составляет несколько лет и за это время задуманные услуги не должны устареть и потерять спрос.

От государства наши космические частники, как и в любой другой отрасли, хотят одного – чтобы не мешало. Хотя для государства сотрудничество с ними может быть вполне выгодным. Уже упомянутое NASA выбрало SpaceX в качестве подрядчика, потому что услуги компании оказались наилучшими по соотношению цена/качество, а компании при этом был гарантирован спрос на часть продукции. Такая схема вполне могла бы применяться и в российских условиях. Если бы государство покупало услуги спутниковых операторов или компаний по доставке и обработке данных со спутников ДЗЗ, например в размере 15–20% мощностей их космических аппаратов, ему бы не пришлось строить и эксплуатировать собственные системы и нести соответствующие риски. Но нашим частникам пока приходится конкурировать со структурами «Роскосмоса», заявляющими о том, что они тоже хотят предоставлять услуги.

Радует, что в российскую космическую отрасль пришли венчурные фонды. Правда, для них это еще во многом боковая история, поэтому проекты пока можно сосчитать по пальцам. Но, как объяснила директор по развитию венчурного фонда Grishin Robotics Валерия Комиссарова,  состояние частного космического бизнеса сейчас напоминает ситуацию в ИТ-отрасли: стремительное удешевление компонентов одновременно с быстрым улучшением их качества и, соответственно, резкое снижение порога входа на этот рынок для стартапов. Сам фонд Grishin Robotics пока инвестировал только в два космических стартапа, но, по словам В. Комиссаровой, в мире их уже больше сотни и ясно, что этот сектор будет очень активно развиваться. Эти стартапы разрабатывают двигатели и ракеты-носители, мини-, микро- и наноспутники, аппараты для суборбитальных полетов, системы связи на базе многочисленных низкоорбитальных спутников, системы обработки данных, получаемых со спутников, и даже системы добычи полезных ископаемых с астероидов. Правда, все они пока только готовятся к выходу на рынок, даже те, кому удалось привлечь сотни миллионов долларов инвестиций. Но рынок ожидает все-таки реально работающих бизнес-моделей, а они пока в большом дефиците. 

Заметили неточность или опечатку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите: Ctrl + Enter. Спасибо!
Поделиться: